Она прикусывает нижнюю губу, и я не уверена, является ли это какой-то тактикой соблазнения или ее способом сдержать что-то. Я видела, как она делала это со своим парнем, и до сих пор не могу этого понять.

Я соглашаюсь с необходимостью сдержать что-то, потому что сомневаюсь, что она жаждет меня соблазнить. Это было бы, э-э, неловко, тем более что я почти уверена, что она вроде как поняла, к кому я неровно дышу.

— Папа никогда бы не заставил тебя делать то, чего ты не хочешь, Тил. Помнишь, как он повел себя, когда я отказалась от брака по договоренности?

Это потому, что ты его биологическая дочь и его гордость.

Не то чтобы папа не любил меня и моего брата близнеца. Он заботился о нас с того дня, как нашел нас, свернувшихся калачиком, истекающих кровью и умирающих от голода.

Но факт остается фактом: мы всего лишь его приемные дети. Эльза его настоящая дочь.

— Я вызвалась добровольцем, — говорю я.

Эльза останавливается посреди зала, привлекая некоторое внимание зрителей.

— Что?

Я приподнимаю плечо.

— Я сказал папе, что сделаю это.

— Но в другой раз ты спросила меня, хочу ли я этого. Думала, ты против браков по расчету.

— Я спрашивала, хочешь ли ты этого, и если бы ты этого не хотела, я бы выдвинула свою кандидатуру. Кто-то же должен помочь папе после того, как ты решила этого не делать.

— Ой. — она морщится.

— Эх, извини, я думаю.

С тех пор как я начала каким-то образом постигать человеческую природу, я поняла, что они обижаются, когда им в лицо бросают правду. Мой брат близнец Нокс говорит, что я слишком прямолинейна и что я звучу, как сука.

— Все в порядке. Я знаю, что твой разум думает только о донесении сути.

Мои губы приоткрываются, когда ее рот растягивается в улыбке. Она... знает. Все это время только Нокс и папа понимали, как работает мой мозг. Никогда не думала, что до Эльзы дойдёт это так быстро.

— Спасибо. — мой голос едва слышен, и я откусываю еще дольку шоколада, заполняя тишину.

— Тил. — она обнимает меня за плечи и встречается взглядом. — Дело не в моем нежелании помочь папе. Дело в том, что я не могу выйти замуж за кого-то другого, когда я так влюблена в Эйдена. Не так это все работает.

Влюблена.

Не так это все работает.

Я позволяю своему мозгу остановиться на этих словах и их иностранных значениях. Эльза продолжает говорить эти вещи, и они каждый раз врезаются в меня, как металлическая стена.

Конечно, я знаю словарное определение любви, но только теоретически. Реальный мир это практическая область, и такой вещи, как любовь, не существует.

Существуют гормоны, нейромедиаторы и эндорфины — химические реакции.

Интересно, когда Эльза наконец это поймет? Она умна во всем, кроме этого.

— Конечно, — говорю я вместо этого.