— Куда вы нас везете? — спрашивает Бортников. Он не то чтобы самый смелый, просто до конца не верит, что я могу жестить. А зря.

— Увидишь, — отвечаю, с преувеличенным вниманием разглядывая пистолет и стирая с него невидимые пылинки.

Микроавтобус сворачивает в лес и минут через двадцать тормозит.

— Выходим, — командую, открывая двери.

Подходят мои помощники, все в масках, как положено. Спектакль отыгрывается с соблюдением всех декораций. Подъезжает внедорожник, оттуда выходит Глеб и выводит пятого, Переверзева.

— Ну что, все в сборе? — широко улыбаюсь и потираю руки. — Можем начинать?

Глава 13

Демид

Парни растерянно смотрят на сваленные посреди поляны лопаты. Они вряд ли догадываются, что будет. Скорее, в их размягченных и расслабленных мозгах не укладывается, что привычная картинка мира может быть разнесена в пыль в одну секунду.

Но это уже не моя проблема.

Сама полянка зачетная, окружена елками, травы мало, потому что песок. Все как по учебнику, я давно ее нашел. Берег, как чувствовал, что пригодится. Сейчас она освещена тусклым светом трех аккумуляторных фонарей, развешенных по периметру.

Глеб сидит в машине, молчит пока, не вмешивается. Я для него отдельно партию не прописывал, выступит, как посчитает нужным. Мы все обговорили в общих чертах.

— Разбираем инвентарь, пацаны, — говорю деловым тоном так, чтобы у них и мысли не возникло, что можно не подчиниться.

— Зачем нам лопаты, Демид? — сын Бортникова преданно заглядывает в глаза, видимо решил, что мы друзья. Еще одна не моя проблема.

— Очевидно, чтобы копать, — развожу руками. — Все, хватит болтать, работаем.

— С какого хуя? — исподлобья смотрит Исмаилов.

— Вот с такого, — кивок, и из темноты на поляну выходят мои помощники в черной полевой форме, масках и с автоматами.

— Ты совсем берега потерял? Знаешь, что мой отец с тобой сделает? — продолжает быковать Исмаилов.

— Я скажу ему, что помог тебе прочистить карму, и он меня простит. Сильно она у тебя замусорилась.

— Ты долбо... — голос ушлепка тонет в короткой автоматной очереди.

Полукругом взметаются фонтаны песка, парни инстинктивно сбиваются в кучу. Цепенеют от страха. Шевельнувшуюся не жалость, нет, брезгливость быстро хороню, вспомнив Арину с разбитой губой и остекленевшим взглядом.

С некоторым усилием отгоняю в очередной раз свой персональный кошмар, в котором у них тогда все получилось. У каждого. И не по разу.

Пиздец.

Опускаю автомат, который мне перебросил стоящий вблизи помощник и из которого я только что выпустил пол обоймы под ноги Исмаилову. Перехватываю за ствол и прикладом очерчиваю по песку края будущей ямы.

— Слушайте внимательно, объясняю один раз. Берем инвентарь и применяем по назначению — копаем до вот этой границы. Копаем глубоко.