Как Пашка тут очутился? Маловат он для подобных передвижений. Должно быть, Милана ночью за ним сходила. Плакал? А Баграт и не услышал ничего. Даже не почувствовал, как она уложила сюда малыша.

«Пусть спят», – тут же решил.

Снова положил голову на подушку, казалось, на миг прикрыл глаза, и вдруг в уши врезалась трель дверного звонка.

Он резко подскочил, глянул на висевшие на стене часы.

Девять утра! Куда делись два часа?

– Баграт, кто это? – спросила Милана, приподняв голову с подушки.

– Спи, сам открою, – проговорил он.

Надел халат и пошел открывать. Очень удивился, увидев на пороге брата.

– О, ты не на работе? – удивился Левон.

Баграт увидел за его спиной Киру, державшую на руках крошку–дочку.

– Надеялись меня тут не застать? – спросил он хмуро.

– Остынь, брат, мы с миром!

С этими словами Левон показал Баграту пакеты, которые держал в руках.

– И с подарками, – вставила из–за спины мужа свои пять копеек Кира.

– Вчера ж ничего не успели отдать, а привезли чемодан, – с улыбкой проговорил Левон.

– Раз с миром, значит, заходите, – кивнул Баграт.

Когда гости прошли в гостиную, из спальни показалась Милана с проснувшимся Пашкой на руках.

– Кира! – охнула она.

Ее сестра быстренько вручила дочку мужу и побежала обнимать Милану с племянником.

– Так нехорошо вчера получилось, я всю ночь переживала, – заохала Кира, крепко прижимаясь к сестре.

– Я тоже! – проговорила та, обнимая сестру в ответ свободной рукой.

– Багратик, мы поболтаем? – спросила Милана, и не дождавшись ответа, вручила ему сына.

Он кивнул, проводил сестер взглядом, они быстро исчезли в детской.

И тут он услышал от Левона смешливое высказывание:

– Багра–а–атик… Ты во сколько лет запретил матери так себя называть? В шесть или в семь?

– Толку–то, – хмыкнул он, крепче ухватив сына. – Все равно называет.

А сам разомлел, услышав от Миланы ласковое прозвище. Он от нее разные ласковости готов терпеть.

– Пойдем завтракать, – поспешил он переменить тему.

Левон прижал к себе дочку и пошел вслед за братом.

Баграт усадил Пашку в стоявший в углу кухни стульчик для кормления. Потом открыл холодильник, прикинул, чего бы такого придумать на завтрак.

– Хочешь яичницу или омлет с ветчиной? – предложил он радужно.

В этот момент заметил, что Левон над ним бессовестно смеется.

– Чего ржешь? – насупил брови Баграт. – Я полжизни прожил один, думаешь, не справлюсь с яичницей?"

"Левон никак не прокомментировал кулинарные способности брата, которые на самом деле были далеки от совершенства. Зато сказал ему другое:

– Помнишь, когда я узнал, что Кира от меня случайно забеременела, ты меня жизни учил? Рассказывал, как надо уметь предохраняться?

Баграт подметил, с какой довольной мордой Левон посмотрел на Павла.