А шведы, норвеги, датчане, голландцы, бельгийцы, французы и прочие народы, когда возомнят себя цивилизованными, будут сразу сдаваться и сотрудничать с захватчиками так рьяно, что тем будет становиться так стыдно за себя и за них, что быстренько уберутся восвояси с горящими от позора ушами.

Глава 20

В ночь перед битвой по подсвеченному луной небу низко плыло на юго-восток много небольших белых облаков. В просветы между ними проглядывали яркие звезды. При этом казалось, что плывут именно звезды, а облака неподвижны. Мне почему-то не спалось. Не то, чтобы боялся предстоящего сражения — впервой, что ли?! — но вдруг стало грустно. Может быть, устал от жары, заскучал по северным землям, по более холодному климату. Или просто накопилась усталость от мотаний по странам и эпохам. Заснул только перед рассветом и вскоре был разбужен. От недосыпа голова была тяжелой, а движения и высказывания резкими.

Колесничие корпуса «Птах» встали на нашем левом фланге, которым командовал Сети, перед правым вражеским, против чихну, которые считались более сильными. У меня было подозрение, что народы моря на левом вражеском фланге опаснее, но из-за так и не отпустившего раздражения не стал лезть с советами. Моя задача сегодня — не погибнуть в этой битве. Несмотря на усталость, хотелось еще пожить, досмотреть, чем закончится бесконечность.

Пентаур нервно теребит вожжи и шлепает ими время от времени по перилам кузова колесницы. Его напряженность передается лошадям, которые, не в силах стоять на месте, постукивают неподкованными копытами по твердой, иссохшей, красновато-коричневой земле. Слева и справа от нас стоят неровной линией такие же колесницы. Собранные со всех четырех корпусов, мы образуем неровную линию. Позади нас еще более кривая линия легких пехотинцев, лучников и пращников, а за ними — почти ровная линия четырех фаланг тяжелой пехоты. Резерва нет — танцуют все сразу.

Наши враги строя не держат. Примерно две трети составляют чихну, вооруженные двухметровыми копьями или составными луками и кинжалами. Щиты у всех овальные, из бычьих шкур, натянутых на каркас из прутьев, только у копьеносцев немного большего размера, чем у лучников. Голова защищена примерно у каждого десятого, а у остальных в волосы спереди воткнуты перья страуса или аиста, а по бокам, на выбритые виски, свисают косы. У меня сразу возникла ассоциация с сыновьями фараона, но смущали бороды. Они короткие, ровно обрезанные внизу, напоминают по форме лезвие тяпки. Доспехи и вовсе у одного из двадцати-тридцати, причем по большей части матерчатые. У остальных плащи и набедренные повязки из овечьей шерсти, покрашенной в разные яркие цвета. Тела густо покрыты татуировками. Синяки — одно слово! Народы моря более разнообразны и экзотичны.