Ходят слухи, что его отравили, — громко плямкая, рассказал командир стражников, после чего без опаски допил вино из бронзового бокала и облизал жирные пальцы.

Ты смотри, у них тут, оказывается, всё, как у взрослых! Мне пришлось сделать усилие над собой, чтобы допить вино из своего бокала.

— Передашь Хираму и Совету, что через три дня меня здесь не будет. Есть много городов, которые с удовольствием примут меня, чтобы я сделал их богаче, — сказал я."

"На самом деле я не знал, примут ли меня в Губле. Вполне возможно, что придется искать пристанище за пределами Финикии.

Эйрас говорил, что на восточном и западном берегах Эгейского моря было несколько городов сравнимых по размеру, но не по богатству, с Тиром. Если они благополучно пережили нашествие дорийцев, нашли с ними общий язык, а говорят на разных диалектах одного, древнегреческого, то могут принять богатого чужеземца. Как последний вариант — тихая и спокойная жизнь на Сицилии, скрашивать которую буду нападениями на финикийские суда, следующие в западную часть Средиземного моря. Сидонцы утверждают, что ведут торговлю с какими-то племенами на западной берегу моря, наверное, на Пиренейском полуострове.

— Это точно, богатому и удачливому везде рады, — согласился командир стражников. — Я и сам хотел устроиться к тебе на судно, ждал, когда будешь набирать желающих.

— Теперь уже в другом городе буду набирать, — произнес я.

Когда стражники ушли, я послал Нецера к тестю и Эйрасу. Первый уже знал о решении Совета, поэтому встретил посыльного по пути к моему дому. Эйрас пришел минут через десять после него. К тому времени мы с тестем составили план действия. На Потифара санкции не распространялись, потому что ладил с местными купцами и богачом на данный момент не являлся, хотя быстро шел в нужном направлении.

Он должен был продать мой дом и остатки меди, после чего, по получении весточки от меня, прибыть с семьей в Губл или другой город на восточном берегу моря. Если я поселюсь далеко отсюда, то останется жить в Тире, а мою долю передаст через купцов.

Предводитель ахейцев выслушал новость и молвил без эмоций:

— Гнилой народишко здесь, торгаши, никогда мне не нравились. Мы поплывем с тобой.

Я рассчитывал на это, но не был уверен.

Благодаря мне, ахейцы стали состоятельными людьми, а у богатого человека взгляды на жизнь меняются порой на прямо противоположные. Трудно идти в бой, если ешь золотой ложкой из золотой тарелки.

Глава 37

Если не ошибаюсь, я бывал в Губле в двадцать первом веке. Вроде бы приезжал на экскурсию из Бейрута, где мое судно стояло под выгрузкой, хотя не побожусь, давно это было, и пейзаж с тех пор сильно изменился. В тот раз я привез ливанцам тридцать тысяч тонн листовой стали из Индии и застрял надолго.