» — думаю про себя, — Прости меня. Этого не стоило делать изначально. Залечить раны — не то, с чего стоит начинать отношения, но тогда мне не хватило… многого, — всего и не перечесть, — чтобы это понять. Я была счастлива с тобой, — конечно, я не добавляю вертящуюся на языке фразу «по-своему», потому что не хочу сделать еще больнее, — и я всегда буду с улыбкой вспоминать то время. А сейчас давай расстанемся без ругани, пожалуйста.

Он в мгновение оказывается рядом и хватает в охапку так быстро, что успеваю только ахнуть.

— Ты не можешь уйти, не можешь бросить меня, ты моя, Арина, — повторяет сбивчиво, стальной хваткой окутав талию.

— Темочка, я прошу, отпусти меня. Мы оба успокоимся, и я приеду за остатком вещей. Мы поговорим еще раз. Это хорошее для нас двоих решение, — он немного пугает меня своей реакцией, но Артем любит меня всю сознательную часть жизни, и я не хочу приказывать ему, как следует себя вести. Границ он не перешел.

С минуту мы смотрим в глаза друг друга и короткую заминку спустя Артем все же убирает руки.

— Мы поговорим, Арина. Обязательно.

— Конечно, — киваю, потому что ему это действительно нужно.

Выуживаю из отделения чемодана две большие косметички и прохожу в ванную. Когда вещи и часть обуви собраны, а чемодан застегнут, Тема помогает вынести его в прихожую.

Обуваюсь под всхлипы его матери, совершенно недоумевая, что такого страшного, когда люди расстаются. Он красивый, умный парень, неужели жить с той, которая никогда его не полюбит — залог материнских мечт? Елена Петровна скрылась в кухне и сейчас я особенно этому рада, потому что мне нечего ей сказать.

Сажусь в машину и выдыхаю, откидывая голову на подголовник.

Дело было не в Ветрове, а во мне.

Глава 29

Я не знаю, куда ехать. Этот вопрос почему-то заранее мною не обдуман. Хотя, что бы это решило? Варианты есть.

Родительский дом отметаю сразу. В конце концов папу только выписали из больницы, у них сейчас достаточно забот и без меня. А визит дочери с чемоданом вещей вызовет слишком много волнений. От дачи у меня ключей нет. Все как-то отказывалась потом да потом, вот сейчас бы пригодились.

Можно поехать к Тае и посмотреть на довольную рожу препода, который скажет «я же говорил» или «наконец-то» и откроет бутылку шампанского по такому-то случаю! Но Артем не заслуживает злорадства, как бы к нему ни относились мои родные.

На очередном светофоре сворачиваю на Оболонь. Владик, конечно, не упустит возможности несколько раз довольно ухмыльнуться, но поймет. Дважды звоню Туманову в дороге, чтобы предупредить, однако абонент не абонент и я просто жму на газ.

За окном проносятся многоэтажки, в окнах которых зажжен свет.