Когда хочу, тогда верчу.

— До сих пор его носишь? — звучит в тишине и от знакомой хрипотцы в голосе я вздрагиваю.

— Всегда было интересно, что за фото в кулоне?

Я машинально касаюсь рукой сердечка, висящего на моей шее и расстегнув цепочку, открываю украшение, передав его Макару.

— Конечно. Я люблю этот кулон, — это чистая правда.

— Очень красивый. Как ты. — И его глаза, как мои цветом, устремляют в меня взгляд. Особенный взгляд. Его я тоже помню.

Макар откинулся в кресле, немного отъехав от рабочего стола. Левая его рука лежит на столе, тогда как правая локтем упирается в подлокотник, поддерживая точеный подбородок хозяина.

Он стал мужественнее, черты лица еще острее и правильнее. Тогда он был красивым молодым человеком, сегодня он красивый мужчина.

Но сейчас мой взгляд обжигается о его левое запястье. Мимолетно мазнув по нему взглядом сначала я думала, что мне привиделось, показалось… Вовсе нет… Часы. Те самые.

— Это от родителей, — передаю ему пакет, который поставила на соседний стул, — Папа просил передать, что у каждого мужчины должны быть первые часы и они с мамой будут рады, если эти часы тебе понравятся.

— Ого! — его брови удивленно приподымаются, когда Макар достает подарок из коробки.

Я обхожу стол, и оказавшись рядом помогаю застегнуть ремешок на левой руке.

— Спасибо, — выныриваю из омута и отвожу наконец взгляд от циферблата, — Носишь? — просто не могу не спросить.

— Конечно. Я люблю эти часы, — вторит он, но говорит будто совсем не о часах.

— Хочешь кофе? — решение смотаться на кухню за напитком стало спонтанным, но таким необходимым для того, чтобы наконец прервать наш зрительный контакт и этот разговор.

— Арина, тебе не кажется, что нам нужно поговорить? — вдруг говорит Ветров, а я от услышанного замираю.

Внимательно смотрю на него. Шутка что ли? Однако обнаруживаю, что он абсолютно серьезен.

Я уже успела встать и сейчас, когда стою перед ним, я кажусь себе слишком… нараспашку…

— Мы уже все обсудили тогда, Макар. Больше нам говорить не о чем.

И выхожу поскорее, чтобы он не успел больше ничего сказать. Не хочу. Не хочу возвращаться к этому.

Глава 10

— Арина, прости, ладно? В последнее время я сам не свой из-за этой проверки, — бормочет Артем за ужином, который к моему приходу сам приготовил.

"

"Одно из прочих положительных качеств Артема — умение признать свою ошибку. Правда, иногда перед этим приходится выслушать достаточное количество того, что в двадцатом веке считалось непредназначенным для женских ушей. О том, что эти же дамы могли крепким словцом заправить за воротник любого джентльмена опустим. Но после каждого подобного вчерашнему выпада, он неизменно становится учтительным, обходительным, замечающим любое негодование партнера идеальным парнем.