— Ну же, ответь!

— Что вы делаете? — раздался негромкий вопрос.

Оборотень оказался рядом так внезапно, что я вздрогнула.

— Боитесь?

В голосе Лукаса мне послышалась горечь."

"— Что ж, понимаю, — с привычной насмешкой сказал Хольм, но я откуда-то знала, что насмехается он не надо мной а, скорее, над самим собой.

— Да ничего вы не понимаете. Абсолютно ничего.

Я отвернулась к стене и принялась с удвоенной силой исследовать кладку.

— Объяснитесь, леди Бернстоф, — напряженно потребовал Хольм. — О чем вы?

Я резко обернулась, собираясь высказать все, что думаю, и тут же уткнулась в широкую грудь Лукаса, успевшего подойти слишком близко.

А в следующую секунду в воздухе между нами что-то закружило, и я сама не заметила, как потянулась к губам стоящего вплотную мужчины. И как тот потянулся к моим.

Поцелуй вышел страстным и горьким одновременно. Не знаю, что чувствовал Лукас, но я-то понимала, что у нас с ним нет будущего. Знала, что наше сближение ни к чему не приведет. И не могла заставить себя отступить назад. Что-то внутри меня сопротивлялось этому, не позволяло разорвать поцелуй, не давало отпустить мощную шею, за которую цеплялись мои руки.

Минуты бежали одна за другой, внутри все горело от какого-то исступленного чувства узнавания, нежности, страсти и чего-то еще, что я не могла описать словами. Казалось, я вернулась туда, где меня ждали и любили, и я торопилась распробовать это чувство на вкус, все глубже погружаясь в окутывающий меня аромат полыни и меда, степных трав и нагретой солнцем земли. А Хольм прижал меня к стене, укрыл своим телом, и целовал так ненасытно и страстно, что у меня подкашивались ноги и тихо кружилась голова.

— Лукас, — простонала я, чувствуя, как ползет вверх шерстяная ткань юбки и тут же ощутила, как замер оборотень.

Он застыл, и только тяжелое дыхание нарушало тишину комнатушки. А я слушала эти надсадные звуки и понимала, что все кончено. Хольм не переступит черту. Да и я не имею права ее переступать. И пусть сама я далеко не леди, но у меня достаточно уважения к себе, чтобы сохнуть по несвободному человеку. Точнее, волку. Ведь если все пойдет так, как я думаю, не сегодня-завтра Лукас получит артенид, а с ним и возможность отыскать свою пару. И тут же забудет и про меня, и про других женщин.

Уж это-то я успела понять из найденных в библиотеке леди Летиции книг.

Я молча отстранилась и отступила к стене. Черт бы побрал магию и правила этого магического мира! Ну почему мы с Хольмом не можем быть просто мужчиной и женщиной? И любить друг друга без оглядки на глупые условности и существование гипотетических пар?

— Рес! — тихо выругался Хольм и открыл рот, собираясь что-то сказать, но я вытянула руку.

— Только не извиняйтесь, — остановила оборотня. — Просто забудьте. Ничего не было.