Видно, решила, что трусы принадлежат моей мифической супруге. Но это же глупость.

— Инга, я не женат, — говорю уверенным голосом. — Хочешь докажу?

С этими словами лезу в карман, достаю паспорт.

— Вот, смотри.

Она и правда смотрит. И на мою фамилию, и на раздел «семейное положение».

— Не женат, значит… — тянет совсем невесело.

А должна бы обрадоваться.

— Совсем не женат, — на всякий случай подтверждаю.

Казалось бы, инцидент исчерпан, но тут моя Царица выдает замогильным тоном новое предположение:

— Значит, просто бабник.

В этот момент понимаю — сейчас она меня треснет по физиономии моими же розами. Похоже, доигрался я в кошки-мышки.

Пришла пора сознаваться.

Глава 15. Этот странный тип

Инга

— Я никакой не бабник, — заявляет мне Жора с самым серьезным выражением лица.

Смотрю в глаза этому вралю и усиленно пытаюсь сдержать не пойми откуда взявшиеся слезы.

Вроде бы ничего такого — найти трусы в машине мужчины, который мне пока никто.

Но… но!

Я же мысленно уже начала с ним встречаться и даже чуточку влюбилась. Самую малость, крошечную крошечку.

Женщины меня поймут. Как тут было остаться равнодушной, когда он даже преподнес мне любимые розы. Нежно-розовые, одуряюще пахнущие весной, теплом, романтикой, медом.

И тут, блин, трусы! Красные, кружевные.

Он в этой машине сексом занимается, что ли? И меня посадил на то же место…

Для меня будто все повторяется — снова вижу Виктора, зажимающего Веру в своем кабинете. Сердце разрывается от пережитого.

Почему мне так везет на бабников?

Выйди я замуж за такого, как Жора, ситуация ведь наверняка повторилась бы.

Кстати, он ведь даже ни разу не Жора по паспорту! Я думала — он Георгий, а оказалось: Геворг Артурович Вартанян. Ну то, что он не русских кровей, я поняла сразу — слишком уж черны его глаза, да и волосатость ног мягко намекает… Но не в этом дело. Получается, намеренно скрыл полное имя. Почему? Потому что привык все скрывать от подружек, которых у него наверняка десятки или даже сотни. Вдруг, если покопаюсь в бардачке еще, найду и другие трусы — синие там или, допустим, розовые.

Оно мне надо? Пф-ф, на фиг не упало.

— Жора, извини, но у нас ничего не выйдет, — сообщаю, силясь сдержать всхлип.

Пытаюсь вручить ему его же букет, а он не берет.

— Да подожди ты, — вдруг выдает Жора возмущенно. — Сейчас все объясню.

Мне не хочется его объяснений, все и так понятно, но серьезный взгляд Жоры прямо-таки прибивает меня к месту.

Мысленно достаю из сумочки вилку — снимать лапшу, которую он собирается повесить на мои доверчивые уши. Поджимаю губы, про себя даю ему на объяснение две минуты, охаживаю его холеную моську обиженным взглядом.

— Инга, — начинает он, шумно вздохнув. — То, что я скажу, тебе не понравится, но вижу, что надо признаться.