Утро выдалось щедрым на приключения.

Я несусь к офисному зданию на крейсерской скорости, взлетаю по ступеням. Спешу к лифту, а сердце колотится, прямо как на беговой дорожке при режиме подъема в гору.

Орест Всеволодович страшно не любит, когда кто-то опаздывает. Конечно, в последнее время он ко мне благоволит по понятным причинам, но предпочитаю не дергать тигра за усы. А тут явилась красота на полчаса позже…

С усилием жму на кнопку лифта, будто это может ускорить дело. Наконец двери кабинки разъезжаются в стороны. Я уже собираюсь шагнуть внутрь, как чувствую спиной чей-то взгляд. Резко оборачиваюсь, и на миг мне кажется, что в дверях, ведущих на лестницу, исчезает фигура Жоры.

Жора?! Но он же должен приехать только вечером.

Очень хочу броситься следом. Но долг зовет. Орест Всеволодович наверняка уже негодует.

Решаю — все равно никакой это не Жора, так, показалось. Может, на лестницу прошел кто-то такой же крупный, как мой любимый гендир.

Спешу по коридору в родной офис. Здороваюсь с коллегами и быстренько сажусь за стол. Включаю компьютер и усиленно делаю вид, что я тут уже давно, а то, что только что зашла в программу, так это я просто бегала в туалет. На полчаса… ну мало ли, какие у женщин бывают трудности.

Однако не прокатывает.

Ровно через три минуты мне прилетает на почту письмо от Ореста Всеволодовича: «Немедленно явитесь ко мне в кабинет».

Бли-и-ин…

Что делать, приходится идти.

Нехотя отрываю пятую точку от стула, вжимаю голову в плечи и иду куда велели. Мысленно готовлюсь получить нагоняй.

Нагоняй не заставляет себя ждать.

Как только вхожу в кабинет Ореста Всеволодовича, он тут же устремляет на меня сердитый взгляд.

— Инга Ивановна, — шеф отчего-то обращается ко мне по имени отчеству, — хочу напомнить вам, что в нашей фирме нулевая терпимость к безответственным сотрудникам. Здесь не терпят тех, на кого нельзя положиться.

— Прошу прощения за опоздание, просто я…

Орест Всеволодович останавливает меня знаком и откидывается на спинку кресла.

— Не нужно объяснений. Буду краток: вы уволены.

Моя челюсть падает.

Стою, хлопаю кое-как накрашенными ресницами, собираю мысли в кучу, а шеф продолжает буравить меня строгим взглядом.

— Что непонятно? — спрашивает он.

— Но подождите, почему? — развожу руками. — Это из-за опоздания? Но ведь я очень редко опаздываю, просто у меня обстоятельства…

— Избавьте меня от ненужной информации. Думаю, причина вашего увольнения вам прекрасно ясна.

— Простите, не ясна, — говорю с нажимом. — Поделитесь, пожалуйста, будьте так добры…

— Не ясна? — Брови начальника взлетают. — В таком случае вы глупее, чем я о вас думал…

Тут я решаюсь на крайность. В обычной ситуации я бы ни за что не стала козырять Жорой, но теперь не удерживаюсь.