Но это было всего один раз!

— Не может быть, Кир!

Начинает ерзать в моих руках, разворачивается лицом, а в глазах столько страха, что у меня мороз по коже идет. Боится она теперь рожать после сложной беременности с Ромкой."

"— Насть, все нормально, успокойся.

— Ой, мамочки… а если и правда… ой…

— Все. Будет. Хорошо.

Она с готовностью кивает и жмется ко мне как маленькая.

— Я до аптеки и обратно, о’кей?

— Да.

— Побудешь немного одна?

— Блин, Кир, конечно, побуду…

Усадив ее в кресло, лечу в аптеку, благо, она за углом. Покупаю три разных теста и так же бегом возвращаюсь домой. Настя сидит там же, где я ее оставил и выжидающе на меня смотрит.

— Молоко с грибами купил?

Черт! Точно беременная и, по ходу, дочка будет.

— Пойдем, — зову в ванную.

Заходим вместе. Вскрываю одну из упаковок и протягиваю ей полоску.

— Выйди, Кир. Ты же не собираешься смотреть?

— Чего я там не видел, Настя?! — складывая руки на груди, подпираю бедрами стиральную машину, — давай, не томи!

— Греховцев!

— Что, Греховцева? Давай сикай скорей.

Метая глазами молнии, Настя быстро делает, что написано в инструкции и тычет в меня полоской.

— Забирай.

Первая полоска появляется почти сразу, а за ней тут же начинает проступать вторая. У меня руки как у алкаша трясутся, в глазах плывет все. А Настя, как ни в чем не бывало, спокойно надевает трусишки и моет под краном руки.

— Ну, что там? — спрашивает, приближаясь.

— Вот… — разворачиваю тест так, чтобы результат сама увидела.

Оба застываем как статуи. Жена смотрит на две красные полоски, а я смотрю в ее лицо.

С головой накрывает. Жгет до слез в глазах, а внутри звериные инстинкты просыпаются.

Моя. Самка. Понесла от меня.

Бл*дь… охеренное чувство!

Дашка, когда у Сани беременела, он агрессивнее к окружающим становился. Даже отец это подмечал. Будто самку свою от возможной опасности защищал.

Сейчас понимаю его.

— Кир, что с тобой? Ты не рад?

— Я счастлив, Настя… — выдавливаю с трудом, потому что от эмоций горло перехватывает, — я… просто… сказать, не знаю, что…

Привлекаю ее к себе, бережно прижимаю к груди. Сдержаться не получается, срываюсь на быстрые короткие поцелуи. Волосы, глаза, щеки, губы.

Настя не сопротивляется и не смеется надо мной. Принимает все, что я на нее выплескиваю. А там и счастье, и восторг, и чувство вины за прошлое.

— Прости меня, Настя… слышишь?..

— Простила, — шепчет потрясенно.

— Теперь иначе все будет… я буду рядом… прости…

— Я простила, Кир! Ты чего?

Я как представлю, что Дашка могла тогда не сообразить или пошла бы на поводу у Насти и молчала про Ромку, мне страшно до усрачки становится.

Думаю об этом часто, но потом успокаиваюсь. Я бы за Денежкой все равно таскаться начал. Возвращался ведь с мыслью, что она до сих пор моя, а тут полный игнор. Я б не выдержал.