Глава 33

— Так это действительно возможно? — недоверчиво уточнил Ферд, глядя на то, как старик, кряхтя при каждом движении, разворачивает свернутую в трубочку карту и раскладывает ее на столе.

— Возможно, возможно, коли обработанное кольцо было при ней, — прокаркал Гутье, старательно и до отвращения медленно разглаживая края карты, постоянно норовящие свернуться обратно.

Не выдержав, сыскарь схватил стоящую на тумбе статуэтку в форме крылатой девы и сам поставил ее на ближайший край, плотно прижав бумагу к твердой поверхности.

Старик крякнул и уже сам придавил карту с другой стороны тяжелыми ножницами.

После чего подтащил к столу стул и, упершись в столешницу ладонями, медленно опустился на сиденье. Ферд остался стоять.

— Кольцо! — вытянул артефактор тощую руку в старческих пигментных пальцах.

Эль, разместившаяся вместе с Грегори и Инессой на пыльном продавленном диване, молча поднялась и вложила накопитель в морщинистую ладонь. Старик при этом не удостоил ее и взгляда. Впился глазами в артефакт.

— Хоро-о-ош, — протянул в непритворном восхищении. — Когда Першильд его притащила, я сразу обратил внимание: тонкая работа, редко такую встретишь.

Грегори удивленно взглянул на вернувшуюся к нему под бок Кардинес. Она, не понимая, вскинула брови, мол, что?

Он качнул головой: потом.

— А расскажете нам, как так получается, — вдруг подала голос затихшая было Лоуфорд и даже подалась вперед, зажав ладони между коленей, — вы — светлый маг, а можете работать с темными артефактами?

Ферд, ничего не смыслящий ни в магии, ни, собственно, в артефактах, тоже посмотрел на старика с интересом.

Эль закатила глаза и сложила руки на груди — и правда, подобный вопрос был бы простителен бездарному сыскарю, но никак не опытной (по идее) магичке четвертого уровня силы.

Гутье же неприятно осклабился.

— Не бей белой энергией в черную — и будет тебе счастье, — проворчал он и вновь уставился на кольцо в своих пальцах, вмиг утратив интерес к присутствующим.

А Ферд, не удовлетворившись таким ответом, нахмурился сильнее и повернулся к дивану, пробежал взглядом по сидящим на нем, оценил растерянную мордочку Лоуфорд, недовольный вид Кардинес и остановился на Грегори.

Вот же не было печали. Пришлось пояснять.

— Сами по себе артефакты не бывают ни черными, ни белыми. Это просто предмет, способный наполняться энергией, держать ее в себе, а затем выпускать обратно. А вот энергия уже разделяется по своей сути на темную и светлую.

— Сути? — не понял Ферд.

— Грубо говоря, энергия смерти и энергия жизни.

Лицо сыскаря в этот момент надо было видеть. А взгляд, которым он одарил Сардинес, был красноречивее любых слов. В нем так и читалось: «В ней сила смерти, я так и знал!»

— Очень грубо говоря, — решил внести ясность Грегори.