Нужно же как-то… попрощаться с домом! Седрик такой сентиментальностью по понятным причинам не страдал, а мне хотелось побыть здесь напоследок.

Когда-то именно в этой гостиной я впервые открыла глаза в новом мире. Впервые увидела Седрика и получила на запястье метку, которая, как взмах крыльев бабочки, повлияла не только на мою жизнь, но и на жизни множества людей. С тех пор прошло почти два года.

Изменилось все, хотя тяжелый взгляд Седрика и его ледяной тон вызывали сейчас острое чувство дежа вю и мурашки по коже.

Наверху раздался грохот, крики, и я нахмурилась. Нужно…

— Нет, ты вообще понимаешь, что ты наделала? — рявкнул Седрик, подходя ближе.

Метка на моем запястье, которую я больше не прятала, потеплела, магия Мэлори внутри встала на дыбы, и я привычно уже ее усмирила — буквально представила, что набрасываю на непослушную лошадь (Заразу, например, которая теперь портила нервы королевским конюхам и ела исключительно отборный овес) уздечку.

За прошедшее время я научилась не только разбираться в правилах местного этикета, перечислять имена всех монархов до двадцатого колена и поддерживать светскую беседу, но и обращаться с непослушной силой. Хотя кое-что по-прежнему оставалось неизменным. Например, то у меня сердце билось чаще, когда Седрик оказывался близко.

— Ничего не хочешь объяснить, дорогая невеста?

Я невозмутимо поставила точку в предложении «Искренне ждем тебя на нашей свадьбе, от себя лично я обещаю познакомить тебя кое с кем интересным» и подняла взгляд.

— Дорогой Седрик, почему ты кричишь на меня в такой важный день? — непонимающе моргнула я.

Ну… да, этому я тоже научилось.

Сложно не научиться хлопать глазками, когда я абсолютно ясно видела: взгляд Седрика, когда он смотрит на меня, любую, даже сонную, усталую или растрепанную, становится нежным, завороженным. Как сейчас.

Впервые я заметила это, когда мы начали — просто пришлось, — посещать балы и приемы. Красавиц там была уйма — еще бы, это все-таки дворец, а не Верхние Петушки. Сливки сливок, и никак иначе.

Я чувствовала себя там не в своей тарелке. Во-первых, тогда этикет и бальные танцы все еще оставались для меня недоступным искусством, во-вторых, у Элис бэкграунд был, мягко говоря, далеко не лучший.

Но все это отошло на второй план, когда я заметила, что Седрик в самом деле смотрит только на меня, хотя вокруг было полно девушек покрасивее, да и характер у половины из них явно посговорчивее моего.

Может, благодаря этому я наконец научилась флиртовать и перестала спотыкаться во время этих дурацких придворных танцев, где нужно было двигаться «женственно»?"

"Вот и сейчас, хоть Седрик и злился, его глаза мягко заблестели жидким драконьим золотом.