Соприкосновение и скольжение наших мокрых тел, ощущение его пульсирующего под моими пальцами члена…

Я сразу же невероятно завелась, думая, что это все для меня. Только для меня одной.

Сквозь шум воды я услышала его глухой стон.

– М-м-м. Прикоснись ко мне, Брук, – пробормотал он, крепко сжимая мои пальцы вокруг своего огромного ствола.

Горячая дрожь пробежала по моему телу. Меня совершенно загипнотизировали движения огромных рук, направляющих мои ладони вдоль его гладкого, твердого члена. Сгорая от жара внизу живота, я собирала губами капли воды с его спины, терлась ноющими сосками о его твердые мышцы, проводила языком по его позвоночнику.

– У меня мурашки бегут по коже, когда ты произносишь мое имя, – прошептала я.

Он резко повернулся ко мне, взял за волосы и откинул мне голову назад, так чтобы наши глаза встретились. Он смотрел на меня сверху вниз своим диковатым взглядом, и когда он произнес «Брук Думас», при звуке его хрипловатого голоса мои внутренние мышцы сладко сжались в страстном ожидании.

Я вздрогнула и прижалась к нему всем своим мокрым телом.

– У меня внутри порхают бабочки…

– Давай позаботимся о них… – на его лице медленно появилась ленивая волчья улыбка, – Брук Думас.

Я захихикала, но он не засмеялся в ответ, и когда его губы обрушились на меня, это не походило на медленный, осторожный поцелуй. Это было обжигающее, властное обладание, которое мгновенно выбило любые связные мысли из моей головы. Он обхватил руками мои запястья, медленно завел их мне за спину, и по моему телу вновь прокатилась волна желания."

"Своими поцелуями он словно разрывал меня на куски с той внезапной сдержанностью, которая ясно давала мне понять, что он сделает со мной все, что захочет, и мне это нравилось.

Я беспомощно вздрогнула со сладким стоном, когда его зубы задели мою шею и он впился в нее так сильно, что в голове невольно мелькнула мысль о нашем с ним первом засосе.

Все еще удерживая мои запястья за спиной, он слегка отстранился, тяжело дыша, и его пронзительные голубые глаза задержались на моей обнаженной груди. Дикая страсть, отразившаяся на его лице, заставила мое дыхание сбиться с ритма. Мое собственное желание выгнуло дугой позвоночник, и Реми наклонился надо мной, его рот жадно обхватил мою грудь, чтобы сосать ее все так же яростно и жадно.

Другую грудь он ласкал свободной рукой, его ладонь требовательно скользила по моему полушарию, и мне безумно нравился контраст между моей белой кожей и его темной, загорелой рукой. Он умело сжимал и ласкал мне грудь, втягивал затвердевший кончик в жар своего рта, все так же крепко сжимая мне запястья и не давая вырваться.

Мое тело, прижатое к его большому твердому телу, дрожало от нетерпения, и мышцы внизу живота сжимались от распаленного желания.