– Обувь под ними.

– Ясное дело.

– К каждой сумке свои туфли.

– Так уж прям к каждой! – возразила Таня. – К белой из ремешков у ней и мокасы, и сабо, и босоножки шли.

– Ладно, – согласилась я. – Но, насколько помню, там, в гардеробной, были лодочки… Я обратила на них внимание, потому что видела такие в магазине и даже хотела купить себе, но отпугнула цена. Попросила продавщицу посчитать, сколько будут стоить туфли без полагающейся к ним сумки, но мне отказали: это комплект. А у Розы стояли лишь туфли. Зато у вас сумка! Нехорошо, Танечка!

– Она мне ее подарила! – со слезами на глазах воскликнула домработница.

– Вещь стоимостью в автомобиль, хоть и подержанный?

– Ага.

– По какому поводу?

– Просто так.

– И давно?

– Ну… нет. Вернее, да.

– Как же отреагировала Нелли Семеновна?"

"– Она умерла уже, – тихо ответила Таня, опустив голову. – Розалия предложила: «Бери что хочешь из вещей, деньги пока снять не могу, счета заблокированы, драгоценности в сейфе, он тоже временно недоступен». Только мне в ее шмотки не втиснуться, из шубы лишь шапка получится, вот и позарилась на сумку. Туфли малы оказалися, у Розки тридцать пятый размер.

– Таня, немедленно выкладывайте все! – сердито приказала я. – До донышка вычерпывайте, иначе арестую!

– Так не хотела… – занудила Таня, – само получилося… случайно… Зинаида пришла… она… ей… а та… они… вот сволочи… Думала, сумку возьмут… А они – чек неси!

– Спокойно, по порядку, без истерики! Шмыгая носом, Танечка завела рассказ…

Незадолго до смерти Павла в один из дней Таня проснулась очень рано и, провертевшись под жарким одеялом, надумала пораньше ехать на работу. Вчера неугомонная аккуратистка Нелли Семеновна приказала прислуге почистить столовое серебро, Танечка с задачей не справилась, оставила часть приборов на завтра, поэтому сейчас, раз сон улетел прочь, решила отправиться к Майковым. Вечером Таня хотела спокойно посмотреть последнюю серию любимого фильма, телепрограмма пообещала свадьбу главных героев.

У Тани имелись свои ключи. Нелли Семеновна, постоянно упрекавшая прислугу в лени, была абсолютно уверена в ее порядочности.

Домработница на цыпочках, чтобы не разбудить хозяев, пошла на кухню. Хотела уже войти внутрь и замерла – около разделочного столика маячила Розалия, перед ней высился хрустальный стакан, наполненный соком. Полагая, что она одна, жена Павла вынула из кармана пузырек, накапала из него что-то в питье и пошла к холодильнику. Таня очень тихо отошла на пару шагов назад и закашляла.

– Уже пришла? Еще рано, – высунулась из кухни Розалия.

– Серебро дочистить надо, – объяснила Таня.

– Где мой кофе? – спросил Павел, вносясь в столовую. – Опоздаю!

– Сначала сок, милый, – пропела Розалия.