– Ладно, – ожил через минуту продавец, – забирай.

– Неси в машину, – приказала Донская. – Кто у нас платит?

Тема покорно зашуршал купюрами. Олег свистнул – из-за палатки вышел чумазый парень.

– Оттащи Лягушкас, – приказал Олег.

– Не, – затряс нечесаной головой юноша, – боюсь.

– Прекрати идиотничать.

– Он меня сожрет! – чуть ли не со слезами на глазах закричал работник.

– Кретин, – откликнулся продавец растений.

– Страшно!

Мне стало смешно.

– Право, нет нужды опасаться растения, оно не кусается!

– Еще как хватает, – загундосил паренек. – Раз, и руку отчекрыжит!"

"Я глянула на Ладу, та постучала себя кулаком по лбу и сурово спросила:

– Юра, урод, хочешь на мороженое?

– Да, – с восторгом произнес юноша.

– Тогда бери Лягушкас и шагай вперед и с песней! – рявкнула Донская.

Юра перекрестился, поднял кадку, сделал пару шагов и заорал, словно слон, которому в хобот забралась мышь: «У меня мурашки от моей Наташки…»

Тема споткнулся, я уронила сумочку, а Лада гавкнула:

– Заткнись!

— На вас не угодишь. Сами приказали «вперед и с песней»! – обиделся Юра.

– Идиот… – начала было Лада и замолкла.

По ее враз вытянувшемуся лицу стало понятно – Донская увидела нечто малоприятное.

Не успела я сообразить, что произошло, как Лада с грацией владимирского тяжеловоза ринулась вперед.

Я прищурилась и заметила в двадцати метрах от нас Виталия, плотно упакованного в вызывающе белые брюки. Донской разговаривал с черноволосым мужчиной, а позади прораба, возле пластмассовых вазонов, из которых торчали лохматые пионы, сидела на табуреточке ярко размалеванная девица с сине-черными, свисающими почти до талии патлами.

С трубным воплем: «Сука!» Лада подскочила к цветочнице, вцепилась в ее космы и стала тыкать ничего не понимающую бабенку мордой в бело-розовые «шапочки».

– Сволочь! – бушевала прорабша. – Я видела, как ты на задницу Вити глядела! Голодными глазами! Раздевала чужого мужика! Гадина! Убить тебя мало!

Донской обернулся, резко покраснел и попытался схватить жену, я бросилась на помощь прорабу. Но в Ладе проснулась звериная сила, она легко вывернулась из моих рук и вновь напала на торговку. Но у цветочницы первый испуг прошел, она подняла один из вазонов, опрокинула его на Ладу, затем ловко сбила растерявшуюся Донскую с ног и, сев на поверженного врага верхом, начала тыкать ее носом в лужу, приговаривая:

– Нужен мне твой кобель! У него небось и сифилис, и СПИД, и гонорея, и блошки всякие.

Перетрахал тут весь женский контингент без разбора. А я девушка честная, мне с таким неохота связываться…

Красный как рак Витя начал оттаскивать Ладу. Розовые брючки дамы стали черными, бейсболка свалилась в воду, золотые браслеты стучали по асфальту. Весь рынок, затаив от восторга дыхание, наблюдал за фарсом.