Разумеется, я скастовал несколько плетений, включая и Малый Кокон, чтобы не слететь с этой заразы на полном скаку и не свернуть себе шею. Представьте себе поездку верхом на ошпаренной кошке, улепетывающей от дворника или стаи собак. Представили? А теперь представьте, что все это длилось почти два часа. Плохо стало? Нет? А зря.

Время от времени меня так и подмывало зарядить этой скотине посохом между ушей да так, чтоб он челюстями лязгнул. Останавливало только одно — если он обидится, то придется сделать из него поджарку и дальше топать пешком. И если первое меня абсолютно не волновало, то вот второе — да. Брести пехом по джунглям меня категорически не возбуждало.

Бешеная скачка закончилась тогда, когда я думал, что желудок и остальные внутренние органы перемешались внутри и на место уже не встанут. Стриго встал, как вкопанный.

— Ссслазь, — прошипел он.

Борясь с легким головокружением — укачало, да — я медленно слез на землю. А стриго развернулся к чаще и дал деру. Реплика «плохой песик» осталась неиспользованной.

Я пошел дальше и шагов через сто...

— Ну наконец-то! — из-за дерева вышел Сид. — Живой?

— Как видишь.

Серая молния чуть не сбила меня с ног, и, встав на задние лапы лизнула меня в щеку.

— Тише, Друг, тише! — я гладил и гладил жесткую шерсть своей собаки. Приятнее ощущения не было — как вспомню хитин или чем там был покрыт стриго, так омерзение накрывает.

— Ну все, долг перед упырями выполнил? — спросил Сид.

— Даже перевыполнил! — сказал я. — Стоп, а где же фургон.

— А ты найди, — ухмыльнулся довольный Сид.

— Зачем? — я бросил поисковое плетение. — Вот он.

Да, Сид превзошел самого себя. Не рассчитывая на магию, превратил фургон в какое-то нагромождение листьев и веток, похожее на холм. Вот что значит, когда легионеру занять себя нечем. Молодец, что там.

— Ну вот, хотел тебя немного развлечь...

— Развлек. Молодец. Получилось хорошо."

"— А что было делать? Мы с собакой себе места не находили. Хоть Друг тебя и чувствовал, но ему было очень тоскливо. А зная твои «три дня», которые потом могут обернуться месяцами... — попенял мне он.

— Тут обошлось быстро, как я и планировал. Все довольны, все смеются. И волки сыты, и овцы целы, и пастуху вечная память. И герцогиня го Хлонаайн обрела еще одну новую провинцию, в которой стала королевой.

— Ох, не нравится мне она, — покачал головой Сид. — Она на тебя смотрела, как на обед. Хотя, возможно, у нее аппетит был другого рода...

Он подозрительно посмотрел на меня.

— Нет, — ответил я на незаданный вопрос. — Мы с ней связаны другими узами, которые выходят за рамки обычного понимания.

— Рад это слышать, — кивнул Сид.

— Из тебя выйдет хорошая дуэнья, — усмехнулся я.

— Да ну тебя...