Оставили без яиц в детстве, вот и красивых полноценных людей в жертву и приносил.

Она посмотрела в сторону, где на копье красовалась голова жреца, оторванная мощным ударом лапы стриго."

"— Зато теперь мне гадить не сможет, и проводить политику якобы от моего имени, — она отсалютовала голове калебасой. — Мне конкуренты во власти не нужны.

— Ты же не будешь вечно здесь торчать, — сказал я.

— О, конечно же нет. Сюда я посажу наместника, а сама вернусь в Стригол. У меня там ба-альшие планы, — зловеще сказала она.

— Переворот? — хмыкнул я. — Зная тебя...

— Ты меня знаешь пару дней, и то не всю, — сказала она двусмысленно. Но да, допустим, не переворот, а укрепление власти гнезда Хлонаайн. В результате которого кто-то лишится головы, а кто-то станет матриархом гнезда Хлонаайн и Великой Матерью народа стриго.

— Как я и сказал, — хмыкнул я. — Только у тебя это вышло как у прирожденного политика, слишком витиевато. За твои планы!

Я поднял калебасу, салютуя ей.

— Не этой травяной мочой отмечать такие планы, — поморщилась она. — С нее можно только обмочиться, постоянно бегать за хижину.

— Ну местную пульке пробовать не рекомендую. Гонять будет еще больше. А мескаль они еще не придумали.

— Что такое мескаль? — навострила уши Илени.

— Самогонка из кактусовой браги. Забористая хрень...

— Подскажешь это местным — укушу. Больно, — мрачно пообещала она. — Не хватало мне здесь пропойц.

— Все, все, — шутливо запротестовал я. — Не буду. Тем более сам почти не употребляю.

— Ничего, будешь в Стриголе — угощу тебя нашим лучшим красным вином. От него точно не откажешься.

— Надеюсь, красным не от крови?

— Болван, — сморщилась она. — От винограда.

— Вы еще виноделием занимаетесь? — вытаращил глаза я.

— Мы много чем занимаемся, — сказала она. — Климат позволяет. Не все же на Кембрии — пустыня. Есть очень даже приятные зоны.

— Даже странно. Стриго должны бояться солнца...

— Это ваши святоши так говорят. На самом деле, конечно, солнце для нас вредно, наша кожа не приспособлена к свету этой звезды. Но тем не менее, мы не сгораем как свечи, как указано в ваших невежественных книгах. И Святого Круга не боимся, хоть обвешайся ими.

— Интересные вы существа, — сказал я.

— Очень, — подтвердила она. — И закрытые. Правда от тебя закрываться бесполезно — Ярсгар знал про нас все, а у тебя его память. Так что будь ты врагом народа стриго...

— Сама знаешь, что это не так. Ярсгар готовил Паладинов к отражению других угроз. В основном от эльфаров.

— Мерзкие бледные слизняки, — сказала гневно Илени. — Твари, каких поискать.

— Сталкивалась?

— Нет еще, но мечтаю. Когда-то стриго были рабами эльфаров, и с тех пор у нас с ними крутая любовь. Хороший эльфар — дохлый эльфар. Когда-нибудь я украшу себя ожерельем из их длинных ушей.