Да и если в аварию я попал утром, то как вечером пришел в себя? Почему сразу после этого в больнице впал в кому и мне потребовались аппараты, чтобы просто дышать? Почему гематома ждала так долго, чтобы образоваться и едва не убить меня? А если все же в аварию я попал незадолго до того, как меня нашли, то где я был все это время? Что делал? И почему этого не помню? Почему проехал так мало? Столько вопросов… Но никто не стал искать на них ответы.

– А сами вы что об этом думаете? Что с вами было? – завороженно глядя на его профиль, поинтересовалась Юля.

Влад только пожал плечами.

– Провалился в черную дыру. В параллельное измерение. Был похищен пришельцами. Просто впал в беспамятство. Столкнулся с чем-то настолько ужасным, что память это заблокировала… Кто знает? Я наверняка знаю только одно: примерно в шесть часов утра пятнадцатого апреля две тысячи тринадцатого года та моя жизнь, в которой я никогда не стал бы слушать рассказы о призраке в старой усадьбе, закончилась. И того меня, который не допускал существование подобных вещей, не стало. Из комы вернулся кто-то другой. И этот человек ничего не исключает.

Тишину, снова повисшую в салоне, трудно было назвать уютной. Какое-то время Юля даже дышать старалась потише, но потом откашлялась и произнесла нарочито бодро:

– Что я могу сказать? Повезло мне.

Влад улыбнулся, его профиль перестал быть таким скорбным.

– Да, пожалуй. По крайней мере, я знаю, что такое, когда от тебя все отмахиваются и никто не хочет помочь, а сам ты… слишком беспомощен.

– А эта гематома, – осторожно уточнила Юля, – с ней уже ничего нельзя сделать? Она теперь никогда не… рассосется?

– Врачи считают, что нет.

Она превратилась в уплотнение… Нечто вроде опухоли. Хорошая новость в том, что она статична: расти не будет. Плохая: к ней не подобраться без риска убить меня во время операции. Так что жить мне теперь с ней до конца моих дней.

– Очень жаль, – вздохнула Юля.

– Да, мне тоже, – согласился Влад отрешенно. И добавил уже более легким, энергичным тоном: – Хорошо хоть, что я достаточно богат, чтобы иметь возможность не думать о хлебе насущном и организовать себе более или менее комфортное существование, несмотря на ограниченные физические возможности.

– О, вот как! – Юля улыбнулась."

"Она, конечно, видела, что квартира у него отделана и обставлена исключительно хорошо, а учитывая сроки ремонта, работы обошлись явно недешево. Да и машина его стоила ненамного меньше квартиры в Шелково. И все же действительно «богатые» люди в ее представлении жили как-то иначе.

– О какой же строчке в списке Форбс мы говорим? – поддела она.

Влад рассмеялся и признал:

– Нет, ни меня, ни моей семьи в том списке нет. Хотя мой старший брат наверняка туда однажды попадет.