Сколько раз в прошлом году он исчезал из Монсальви, перебирался через реку, чтобы поболтать со своей прелестной кузиной Одеттой де Монтарналь? Это была трудная любовь, сопряженная с большой опасностью, поскольку она была запретной. Монтарналь и Вьейви — было одно и то же, старшие братья как следует, проучили бы младшего, если бы прознали, чей образ он хранит в сердце.

Беранже и вправду прекрасно знал долину, броды и переправы и послужил бы Готье проводником. Но сможет ли он устоять от искушения повидать Одетту, особенно теперь, когда он постепенно становится мужчиной? Катрин не посмела запретить ему это, но посоветовала быть крайне осторожным; письмо должно дойти до аббата Бернара.

Пир, который последовал за собранием, не отличался буйным весельем. Большинство участников было явно разочаровано, обещанный радостный праздник откладывался на неопределенное время. Оба Рокмореля не скрывали разочарования.

— Они боятся, что, если понадобится, им уже будет сложнее созвать этих людей, — объяснила мадам Матильда.

— Они опасаются, что счастливый случай упущен…

— А вы, госпожа Матильда, вы тоже так думаете? Хозяйка замка улыбнулась Катрин с высоты своего роста.

— Да нет же! Кто может быть тем сумасшедшим, который мечтает спалить свой дом, перед тем как войти в него. Мужчина, может быть, но женщина-никогда! Вы мудро говорили, друг мой. Ведь это было так соблазнительно.

Катрин, пожав плечами, подошла к окну, чтобы насладиться прекрасным пейзажем, таким голубым и спокойным в конце дня."

"— Соблазнительно? Да, конечно. Когда я вчера в полдень приехала к вам, я хотела убить Арно своими собственными руками, поджечь мой дом, оскверненный присутствием шлюхи.

Никто никогда не узнает, как страстно я желала этого. Но даже если бы я совершила все это, натворила безумства, поддалась чувству мести, что бы досталось мне после этого — пепел, сожаления и горькие слезы? Мне больше всего нужен покой. Но как я обрету его, если не могу найти успокоения в себе самой?

Матильда почтительно взяла Катрин за руку, обняла ее и увлекла за собой.

— Подойдите к вашим малышам, — произнесла она с такой нежностью, на которую, казалось, была неспособна. — Они скажут вам, что вы сделали лучший выбор.

Этой ночью за два часа до рассвета Готье и Беранже в одежде странников пешком вышли из Рокмореля и по труднодоступным горным тропам, хорошо знакомым пажу углубились в ущелье.

Сердце Катрин сжалось, и в последний момент она едва держалась, чтобы не расплакаться. В первый раз юноши уходили одни. Впереди их ждали опасности, которые она не сможет с ними разделить.

— Это безумие! — сказала она им. — И к тому же это явно бесполезно. Я заранее знаю совет аббата. Он никогда не благословит силу и оружие.