Она приподняла крышку и тихонько проговорила в щель:

– Мессир, это я, Катрин! Не скажете ли вы мне, позаботился ли Ландри о веревке?

– Не волнуйтесь, – отвечал приглушенный голос Мишеля. – У меня есть веревка, вот она, передо мной. Ландри сказал, что придет между двенадцатью и часом. Он будет с лодкой и свистнет трижды. Так что все в порядке.

– Постарайтесь уснуть. Я тоже лягу. Когда Ландри свистнет, я спущусь. Моя комната выходит окнами на реку.

Легкое поскрипывание на втором этаже испугало Катрин, и с бьющимся сердцем она торопливо прикрыла люк. В ту же секунду большие башенные часы пробили десять! Ждать еще два часа, не меньше! Катрин вернулась в кухню, хорошенько прикрыла угли в очаге пеплом, оставила гореть одну свечу для Лоизы и собралась подняться к себе наверх.

Она уже поставила ногу на первую ступеньку, когда дверь открылась и вошла Лоиза, выражение лица у нее было совсем сумрачное.

– Матушке Ландри совсем худо, – сказала она. – Никак не может разродиться. Я хотела остаться, но мама послала меня к тебе. Ты идешь спать?

– Да. Если ты голодна…"

"– Нет. Есть совсем не хочется… Идем спать.

Ты, верно, на ногах не держишься после твоей беготни по дождю.

Сестры поднялись в свою маленькую спальню и молча принялись раздеваться.

– Спокойной ночи, – сказала Лоиза сонным голосом и, едва коснувшись головой подушки, уже спала.

Катрин легла с твердым намерением не смыкать глаз. Но как это непросто! Стоило ей лечь, и на нее обрушилась вся усталость этого долгого, пестрого, мучительного дня. Плотные простыни пахли свежестью и лавандой, убаюкивая разбитое усталостью тело. Сон – всемогущий король детства – наливал свинцовой тяжестью веки.

Но надо было выстоять, не заснуть, надо было помочь Ландри, если возникнут трудности…

Отгоняя сон, она принялась рассказывать себе всякие истории, потом постаралась припомнить во всех подробностях то, что ей рассказывал Мишель. Он ведь поцеловал ее, и Катрин опять почувствовала сладостное волнение. Ровное дыхание Лоизы рядом с ней действовало на нее как снотворное. Она уже проваливалась в сонные бездны, как вдруг неожиданный шум наверху подбросил ее на постели, как мячик. Сна как не бывало.

Этажом выше тихо скрипнула дверь, будто открывали ее с большой осторожностью.

Все с той же осторожностью шаги направились к лестнице, но первая ступенька громко скрипнула. Вглядываясь в невидимый потолок, Катрин чутко вслушивалась в звуки движения. Ходить могла только Марион. Но куда она отправилась так поздно?

Шаги приближались. Они остановились перед дверью их спальни, из-под двери теперь пробивался слабый свет свечи. Без сомнения, Марион хотела понять, спят ли ее молодые хозяйки. Катрин замерла, стараясь не скрипнуть кроватью.