А они уже обо всём знают: и про мой вольный статус, и про регалии, а вот знают ли про мой союз с Яровыми?

— Кажется, граф Андрей Морозов плохо понял, что князь Евгений имел в виду, — спокойно, даже с ленцой, ответил я и обвёл всех Морозовых взглядом. — Вы хотите Ардамуна. Но вы его не получите. Со мной ему нравится больше, и совсем недавно он начал приносить пользу. Так что я могу предложить вам лишь убраться с моей земли и прислать кого-нибудь более адекватного. Чтобы мы с ним поговорили о сотрудничестве, в качестве жеста моей доброй воли.

Вячеслав посмотрел на одного из стоящих рядом Витязей. Они улыбнулись, словно я сказал что-то очень смешное.

А потом Вячеслав заговорил:

— Ты что, Северский, думаешь что я блефую? — он поднял руку вверх и щёлкнул пальцами. Сверкнул синий перстень. Над его головой сразу же разверзлась ледяная магия, которая за мгновения формировала вокруг себя снежную бурю. — Яровые тебе не помогут. У них и без этого полно проблем. А в одиночку, как бы ты не был талантлив и везуч, у тебя нет ни одного шанса.

— Он не один! — сделал шаг вперёд Прохор. Тут же насупились и все остальные молодчики, сплачиваясь за моей спиной.

Но я успокоил их останавливающим жестом руки. И сказал:

— Твои слова звучат как угроза войны, — я смотрел в глаза Вячеславу. — Ты отдаёшь себе в этом отчёт?

Однако он только засмеялся, совершенно не чувствуя никакой угрозы.

— Северский, я достиг ранга Подмастерья к тридцати двум годам. Со мной — элита клана Морозовых. А что у тебя? — он иронично поднял бровь. — Ты сам, да горстка бездарных крестьян. Ну, правда, кого ты собрался впечатлить? Никакой войны не будет. Если ты будешь упрямится, я просто убью тебя, заберу вирма, а во-о-он ту деревеньку превращу в сад ледяных фигур. И никто мне ничего за это не сделает.

Он снисходительно ухмыльнулся. И добавил:

— Так что давай, сбегай за вирмом и перестань строить из себя главу рода. Ты молод. У тебя хороший потенциал. Но болтаешь ты слишком много. Засунь язык в задницу и делай то, что я тебе велю, — он взглянул на часы на своей руке. — У тебя пять минут. Отсчёт пошёл.

— Морозов, — сказал я голосом, холод которого мог бы заморозить и его. — Я бросаю тебе вызов на дуэль чести, — я протянул руку в сторону и сказал своим людям. — Перчатку.

Прохор не растерялся и вытащил из-за пояса потёртые кожаные перчатки, вложив их в мою руку.

Вячеслав уставился на меня, словно баран на новые ворота.

— Ты что, всерьёз так глуп? — искренне удивился он, а потом…

«Скачок». Я появился прямо перед ним и бросил грязную перчатку ему в лицо раньше, чем его гвардейцы успели отреагировать. И отскочил назад, используя звериную силу.

Спустя миг морозовские Витязи рассекли место, где я был, обнажёнными ледяными клинками.

А Вячеслав стоял.

С грязным лицом.

И смотрел.