— У тебя ко мне какие-то вопросы, Мира? — я назвал её так, как Руслан называл её в детстве.

— Нет… никаких вопросов, — тихо заговорила она не отрывая от меня взгляда. Её лицо чуть покраснело. А потом она гордо приподняла подбородок и, сверкнув глазами, с вызовом произнесла: — Разве что, как ж Вы так выросли, барин? Раньше-то были на полголовы ниже!

— Мира, я не шучу, — я полностью проигнорировал её детскую провокацию и подошёл совсем вплотную. А она уже не могла отойти, позади была только закрытая дверь. — Велес и всё, что с ним связано — это очень серьёзно.

Она захлопала глазами.

— Ничего я не знаю. Просто… он выбрал меня, среди остальных, — она призадумалась… и неожиданно хихикнула, прикрыв рот рукой. — Сказал, что я как медведица. Ну… — она подняла на меня взор. — Я же выше и крупнее других девок. Вот и… ладно, не буду вас отвлекать. Всё что знала, я сказала.

— К чему ты задала тот вопрос: «Почему я спас тебя»?

Она поджала губы и отвернулась.

— Вы ж барин. Куда Вам рисковать жизнью ради девки какой-то? Самому Велесу вызов бросили. Хоть могли и уйти. Не рисковать собою. Глупо это, если меня спрашиваете, так подставляться.

— А отмахиваться от медведей горящей палкой — не глупо?

— Да дура я. Вот и всё.

Я взял её подбодорок пальцами и повернул глазами к себе.

— Храбрость — не бывает глупой. Поняла?

Её лицо окончательно залилось краской, а дыхание участилось.

— Поняла, — произнесла она.

— Или ты плохо знаешь меня? — я усмехнулся. — Никогда бы не подумал, что ты можешь заподозрить меня в том, что я тебя брошу.

— Ну… — она чуть улыбнулась. — Ты стал совсем другим, — она опустила глаза, пройдя ими по моему телу.

После сна я был почти без одежды. А мои мышцы, пусть пока и были невелики, но стали ещё более рельефными за последние дни.

За них её взгляд и цеплялся.

— Засмотрелась? — я засмеялся.

Отчего Мира резко попыталась меня оттолкнуть. Но только сильнее упёрлась в дверь.

Пусть она и была довольно сильна, но по сравнению с моей мощью была трепетной птичкой.

— Прекрати ставить меня в неловкое положение! — она грозно нахмурила брови. — Сначала спас, когда не просили! Потом проснулся, когда не просили! А теперь ещё и красуешься передо мной, как павлин! И вообще, БАРИН, я не буду с вами откровенничать, пока Вы не сдержите своё слово!

Слово? Что-то я не припоминаю такого…

Она резко развернулась, задев своей толстой косой моё лицо.

Правда, дверь была закрыта. И открыть её можно было, только сдвинув меня.

Так что она осталась стоять спиной ко мне. А внизу выделялась её первоклассная задница.

Я не без усилия воли оторвался от этого «магнита для взгляда». Чтобы быстро выкопать из воспоминаний Руслана, что же он такого пообещал Мире…

Но, чтоб меня, совсем не мог вспомнить.