Это то, чего хочет Эйден? Он спланировал все это шоу, не так ли?

Ксандер останавливается перед ними. Его лицо холодное, как камень, а напряженные плечи натягивают форменную куртку.

Его взгляд падает на руку Эйдена, обнимающую Ким за спину.

Я ловлю себя на том, что тоже пристально смотрю на это.

Я хочу сломать эту руку.

Я хочу сжечь его и скормить собакам.

Ни Эйден, ни Ксандер не произносят ни слова. Они пристально смотрят друг на друга, ведя разговор без слов.

Завоевание и Война дополняют друг друга, но прямо сейчас они, похоже, находятся на грани уничтожения.

Ксандер выглядит так, будто находится в нескольких мгновениях от того, чтобы взорваться, в то время как у Эйдена на лице это приводящее в бешенство бесстрастное выражение.

Все остальные замолкают, едва дыша, как будто ждут, когда упадет бомба.

Ксандер вцепляется пальцами в куртку Ким и дергает ее назад. Ее заплаканные глаза расширяются, когда она встречает убийственный взгляд Ксандера.

Я бегу к ней, но, прежде чем я добираюсь до них, Ксандер отпускает ее, и она отдаляется в противоположном направлении.

Я должна была последовать за ней. Вместо этого я останавливаюсь перед Эйденом. Он наблюдает за мной с острым интересом, несмотря на то, что Ксандер почти швыряет кинжалы ему в лицо своим взглядом.

Эйден наклоняется, чтобы прошептать так тихо, чтобы только я могла его услышать:

– Я все еще жду, когда ты покажешь мне метку.

– Это все ради этого? – шиплю я.

Чертов покерфейс.

– Я даже слов не могу подобрать, ты… – шепчу я.

– Скажи нет, сладкая. – От его горячего дыхания по моей коже пробегают мурашки. – Я настаиваю.

– После школы, – невозмутимо отвечаю я. – Встретимся после школы.

Эйден приподнимает бровь, как будто интересуется, к чему я веду. Я тоже не знаю, но мне нужно как-то остановить его.

С этого момента и до тех пор я что-нибудь придумаю.

Я оставляю его и напряженного Ксандера.

Коул и Ронан, которые пропустили шоу, неторопливо выходят из кафетерия.

– Я говорю тебе, Нэш, – оживленно говорит Ронан спокойному Коулу. – У меня на дне рождения будут шлюхи, выпрыгнут из торта, как кролики из шляпы.

Коул поднимает бровь.

– Я думал, это была прошлогодняя фантазия?

– Капитан Леви убил всю атмосферу в прошлом году. – Ронан бьет себя в грудь, озорно смеясь. – Он не остановит меня в этом.

– Что ж, в этом году я ваш капитан, и я говорю тебе, что никаких шлюх не будет.

– Mais non![5] – Лицо Ронана искажается драматическим презрением. – Я думал, мы друзья, ублюдок.

– Присяжные все еще не пришли к этому выводу.

– Вот и все. Ты вычеркнут из списка моих друзей. Удачи в поиске места для вечеринки, потому что я запрещаю тебе появляться в моем доме и…

Их болтовня затихает, когда они добираются до двух друзей.