Десятки ангаров среди железнодорожных путей, между которыми сновали тысячи носильщиков, разгружая одни составы и нагружая другие. Я бы в этом хаосе потерялся, а вот капитан каким-то чудом не только сориентировался, но и мгновенно нашел нужного интенданта.

— 22-й стрелковый? — тот сверился с какими-то своими бумагами. — У вас почти полный штат на месте, так что…

Интендант попытался раствориться, но тут уже я его удержал.

— Давайте все же пройдемся по всем пунктам. Оружие?

— С запасом для развертывания на месте.

— Снаряды, порох…

— В вашем полку нет артиллерии.

— А что может быть?

— Есть пулемет Максима, но я его вам не дам.

— Правильно, потому что дадите два, — я закусил удила.

— Не дам! — интендант угрожающе завращал глазами, а у меня словно тумблер переключили, и остались только ледяное спокойствие и жажда крови.

— Не дадите? Приду к вам вечером домой и пущу пулю в лоб. Скажут, хунхузы! А даже если мне не поверят, вам разве легче будет?

Капитан Хорунженков в этот момент только рот открыл и, видимо, хотел что-то возразить, но его бунтарский дух победил дворянское воспитание. И правильно: пусть знает, что не только он умеет грубить.

— Как вы смеете мне угрожать? — интендант тоже растерялся. Сейчас бы ему развернуться да уйти, и, ясное дело, не стал бы я его выслеживать. Ну ладно, выследил бы, но только чтобы морду набить. Но, кажется, повелитель складов и армейских припасов подумал совсем в другом направлении. — Вы из этих? Эсеров?

Кажется, он нашел для себя объяснение моему поведению и от этого еще больше испугался.

— Я из тех, кому нужно два пулемета. Для русской армии.

— Хорошо.

— И запас патронов.

— Будет.

— Что насчет зимней одежды?

— У вас есть по штату на месте…

— А у вас? — я на ходу прервал начавшего приходить в себя интенданта.

— Могу выделить тысячу шинелей.

— Еще нужны запасные клинья для палаток, пропитки и сапоги, — вмешался Хорунженков.

— Нужны, — согласился я, и интендант закивал."

"— Все положат в ваши вагоны, только вам потесниться придется. Вещи я выделю, но вот расширить сам состав никак не получится. И так грузим каждый паровоз по максимуму.

— Хорошо, только пусть печки поставят, — согласился капитан.

— А теперь обсудим медицину, — продолжил я. — Что можете предложить по ней?

— Лекарства и перевязочный материал по норме отгружены вместе со штатом для вашего нового полевого госпиталя.

— А телеги для перевозки раненых? Носилки? Может быть, какая-то техника?

После моих вопросов интендант побледнел, но в итоге мы все равно договорились. Он остался цел, а мой полк получил штатные линейки — это такие медицинские повозки для раненых, — паровую машину для стерилизации, ледяную для аптеки и даже рентген-аппарат с генератором и запасом топлива.