На минуту я представила, что и в самом деле находилась бы в плену, а мой отец, как самый настоящий супергерой, примчался бы меня вызволять. На моем лице появляется едва заметная улыбка: о таком родителе можно только мечтать.

— Кристина? Ты еще здесь? Я собирался заехать к тебе после разговора со следователем, — замечает меня он и останавливается, хмурясь."

"— Да, папа, я здесь и не понимаю почему Марат до сих пор за решеткой? Я ведь тебе сказала что он не виноват, — не отвожу взгляд от его глаз, желая чтобы он услышал меня.

— Давай ты не будешь препятствовать расследованию, хорошо? И не нужно его выгораживать. Я понимаю, ты у меня девочка влюбчивая, с добрым сердцем, и тебя очень легко обмануть…

— Пап, — я хватаю его за локоть, искоса поглядывая в сторону охраны и увожу в угол помещения, - в этом всем замешан Гольдман, - понижаю голос до шепота, чтобы никто не услышал.

- Губернатор? — брови отца взлетают вверх, он и в самом деле кажется удивлен такому повороту событий.

— Да. Они не поделили компанию Давидова, насколько я поняла, он прознал что у него есть дочь и хотел шантажировать ею Марата. Меня даже похитили из-за этого. Но не Гольдман, а конкурент Марата, с которым губернатор теперь заодно.

Отец тяжело вздыхает и на минуту прикрывает глаза. Я смотрю на него с надеждой, ожидаю, что прямо сейчас он просится на помощь Марату, но тот вдруг выдает:

— Кристин, ты ведь сама должна понимать, что все это звучит как бред.

— Я просто вкратце рассказала, пап. Почему ты не веришь мне?

— Мне очень жаль, я не хочу тебя разочаровывать, но придется сказать правду: Даша не дочь Марата.

— Нет, она его дочь, — произношу с уверенностью, ведь я уже свыклась с этой мыслью, поверила Марату.

— Утром пришел ДНК-тест. Они даже не являются родственниками, - голос отца звучит где-то на задворках сознания, в ушах шум, перед глазами пляшут черные точки.

— Нет, — машу головой, отказываясь в это верить.

— На расческе Даши, которая осталась у нас в доме были ее волосы, я попросил ребят принести мне стакан, с которого пил воду Давидов. Вероятность родства всего одна тысячная процента. Мне жаль, Кристина, что на твоем пути встретился такой ублюдок как он и сыграл на твоих чувствах.

— Нет, — произношу едва слышно, делая шаг назад. В голове всплывают все те разы, когда я требовала у Марата результаты теста на отцовство, а он находил все новые и новые отговорки, чтобы не показывать его. Он не мог соврать, не мог…

Я прикрываю ладонью рот, чтобы не закричать. Каждый новый вдох обжигает легкие, сдавливает грудь. Перед глазами проносится образ Марата, такой родной, такой любимый. Неужели… неужели и в самом деле соврал мне, посмеялся, пытался воспользоваться моей доверчивостью?

— Где Даша? Пап, он сказал где Даша? – на меня накатывает волна страха и паники.