Каждый момент, проведенный в небе, был наполнен покоем и загадкой, раскрывающейся перед нашими глазами. Дирижабль становился настоящим дворцом, где мы встречали свою сказку, воплощающуюся в танцах на воздушных потоках и в поцелуях, которые источали любовь…

— Как ты? — зашел я к Один семь, что сидела перед экраном планшета и делала в нем какие-то пометки.

— Скучно, — потянулась она так, что свободная маечка у нее на груди натянулась. Поймав мой взгляд, она довольно улыбнулась и откинулась на кровати.

Шел второй день нашего путешествия, девчонки крепко спали, утомленные развлечениями, ну а я пошел бродить, потому как совершенно не устал, и тело требовало движения.

Они мне даже намекнули, что секс — это, конечно, круто, но и об отдыхе забывать не стоит.Ну и ладно.

— Привыкла постоянно что-то делать?

— Ага, и абсолютно разучилась отдыхать. Знаешь, Первый, я тебя люблю и ненавижу одновременно.

— Поясни.

— А чего тут непонятного? Люблю — потому что люблю, а ненавижу за то, что ты настолько сильно изменил мою жизнь.

— Тебе это не нравится?

— Да как тебе сказать… Я уже давно не молоденькая девочка и могу смотреть на мир без розовых очков.

И прекрасно понимаю, кто ты, а кто я — одна из многих. Но самое паршивое, что я ничего не хочу менять. Не то, что не могу, а именно не хочу. Я помню свою жизнь до встречи с тобой. Обо мне ведь никто и никогда не заботился, любовник, который обещал жениться и который бросил меня едва узнав о ребенке. Семья, которой было на меня наплевать. Ни друзей, ни подруг — только служба, да казенная квартира. Единственная отдушина — мой сын, которого я редко видела.

— Но теперь-то все изменится.

— Да, и это и радует меня, и пугает одновременно.

Моя жизнь изменилась. Я не знаю, понравится ли она маленькому Лю.

— В любом случае ты теперь будешь видеть его чаще и больше времени с ним проводить. Я там для вас прикупил кучу квартир. Как вернемся, выберешь ту, что больше понравится. Это мой вам подарок, как самым близким людям.

— Зачем ты все это делаешь, Первый? Мы и так все принадлежим тебе. Разве у вещи спрашивают, есть ли у нее желание служить хозяину?

— А кто сказал, что вы вещи? Разве я хоть как-то показал это? Или сделал что-то такое, что шло бы вразрез с вашими желаниями? Вы все вместе и каждая в отдельности дороги мне.

Поэтому оставь глупые мысли — неволить никого из вас я не стану, когда или если вы захотите уйти. Срок обязательной службы в вашем случае — пять лет, а дальше как решите сами. И да, по его окончанию я освобожу тебя от клятвы.

— Не думаю, что кто-то захочет уйти, -задумчиво покачала она головой. — Я так точно нет. Ну, и Шестая тоже. Эта вообще без раздумий за тобой прыгнет куда угодно. Да и все остальные тоже, отстав от нее всего на пару мгновений.