— Вы кто? — хмуро спросил я, в глубине души уже зная ответ.

— Это же мы, отец!!! Неужели ты нас не узнаешь? Я — твой сын Андрей…

— Своего сына с невесткой я давно оплакал и лично похоронил в родовом склепе. А кто такие вы, сударь и сударыня, я не имею чести знать. И если вы не уберетесь за пределы поместья через минуту, то от вас даже воспоминаний не останется!

В глазах того, кто разбередил мои старые душевные раны, мелькнула обида и непонимание:

— Зачем ты так? Ты же прекрасно знаешь, отец, что это я. Кровь не может лгать! Давай пройдем внутрь, и мы тебе все объясним…

— Вы сейчас уберетесь туда, откуда так бесцеремонно появились. И больше не смейте приближаться к нам. Мой сын умер, а иных у меня нет.

Повернувшись к охране, я отдал короткое распоряжение:

— Эти люди — чужие. Попробуют приблизиться впредь — уничтожить. Не уйдут сейчас — уничтожить.

Подхватив громко зарыдавшую внучку, я зашел внутрь, громко хлопнув калиткой.

— Иди домой, — негромко приказал я Ириске, вложив в свой голос максимум силы, видя, что она остановилась с явным желанием выбежать обратно.

— Но деда, это же мама с папой!!! Я хочу к ним!!!

— Это не твои родители. Иди домой, я разберусь.

— Но деда!…

— Ирина Андреевна, извольте идти к себе в комнату и не выходить, пока я вас не позову!!!

— Ненавижу тебя!!! — отчаянно заревела она и побежала домой, а я устало прислонился к холодному столбу ворот, прижавшись к нему лбом. Немного постояв, я поплелся в дом, пытаясь привести мысли в порядок. Зайдя в свой кабинет, я устало уселся в кресло. Мои глаза невольно устремились на портрет Андрея и Наташи. М-да, время их знатно потрепало, но не узнать их было нельзя. Да и кровь не обмануть.

— Но, черт возьми! — в ярости я ударил кулаком по столу. — Это что ж получается?! Пока нас пытались убить, стереть с лица земли род Громовых, эти сволочи спокойно где-то отсиживались, инсценировав свою смерть?

Я мысленно вновь вернулся в прошлое, в те чёрные дни… Обгоревшие до неузнаваемости трупы, обнаруженные на месте аварии, с остатками до боли знакомой одежды и, главное, с перстнем главы рода не позволяли иных толкований. Но самостоятельно Андрей и Наталья провернуть такое вряд ли могли, значит, им кто-то помог… Кто и, главное, зачем? Получается, что Вяземский на самом деле их не убивал? И если бы все повернулось иначе, куда бы они вернулись? Или пустили бы скупую слезу над нашими могилами и жили бы спокойно дальше?!! Твари! Не-е-ет, я поступил совершенно правильно! Нет у меня сына и дочери, и точка. А этих гнать поганой метлой. И пусть радуются, что нет сейчас дома Влада, тот еще менее меня склонен к сантиментам. Попадись они ему под горячую руку, даже пепла бы не оставил.

Но что означает крик внучки о том, что они — ее родители? Ничего не понимаю.