Но реплики и описание среды я в основном должна была сочинять. Нужно же истории хоть небольшое, но содержание."

"— Учитывая все условия, написано необыкновенно здорово, — засмеявшись, сказал Андре.

Тут их поджидал настоящий сюрприз. Петра-младшая стояла рядом с шестнадцатилетним юношей, очень похожим на нее.

— Это же мои дети! — воскликнула Герда. — Мои любимые дети! Подумать только, что им довелось пережить…

Они забыли брата Петры, Петера, умершего так рано от «удушья», мистической болезни с таинственным названием. Но сейчас они с удовольствием поприветствовали его и внесли его имя во все протоколы. Он же светился от радости и благодарности за то, что незнакомая ему родня приняла его так тепло.

Но вот все увидели на подиуме Петру, «женщину на берегу». Как молодо и как беззащитно она выглядела! Внезапно она воскликнула:

— Я очень хотела бы встретиться с той, которая пыталась помочь мне на берегу. Немного раньше сегодня я видела ее в прекрасном платье. Ее зовут Ванья.

Ванья немедленно спустилась из рядов черных ангелов и обняла Петру. Они тихо беседовали, вспоминая трагическую встречу на берегу Тронхеймского фьорда. Петра не хотела выпускать руку Ваньи из своей.

К ним подошла крикливая Мали. Она не скрывала, что эта встреча потрясла ее.

— Многие годы я была несправедлива к тебе, моя маленькая Петра. Мне казалось, что меня предали, продали, я думала, что никому не нужна, никем не любима.

— Но это же неправда, — шепотом произнесла Петра.

— Сейчас я это знаю. Андре рассказал мне, как меня оторвали от тебя и поместили в приют для сирот. Поняла я и то, сколь одиноко ты чувствовала себя. Я жаждала, чтобы кто-нибудь был рядом с тобой. Мужчинам, утверждающим, что ты им нужна, легко поверить.

— Я оказалась послушной и глупой жертвой, — согласно кивнула Петра.

О второй дочери Хавгрима, Эмме, сидящие в зале знали еще меньше. Ее существование стало полной неожиданностью для Андре. Она вышла замуж за Эрлинга Скогсруда и родила сына Кнута, того самого, который в 1870 году уехал из Треннелага на юг. Он был работящим ремесленником с дублеными кулаками. Со временем Кнут осел в Ниттедельском округе. Там он женился, но ему, как он сам рассказал, очень не повезло с сыном, Эрлингом.

Ветле вынужден был встать и разъяснить ситуацию. Эрлинг Скогсруд ни в чем не виноват, виной всему зловещее наследство. Его прозвали «панциреносцем». Кнут печально кивнул головой, он мог себе это представить.

Ветле не хотел сообщать о том, что Эрлинг Скогсруд все еще жив.

— Мне кажется, ты должен забыть о сыне и думать о том, что у тебя есть фантастический внук, которого также зовут Кнутом, и правнучка Эллен, стыдиться которой было бы грешно.

Кнут-старший улыбнулся и отвесил благодарный поклон. Все они сошли с подиума вниз.