— Но ведь не все живущие сейчас, а лишь некоторые из них могут войти в связь с духами Людей Льда.

В ответ Тула сказала:

— С этого момента ты и маленький Габриэл сможете это делать. Другим следует попросить помощи у Натаниеля или Бенедикты, или же Тувы.

Габриэлу показалось, что его сердце разорвется от гордости и смешанного со страхом благоговения.

Суль повернулась лицом к залу:

— Ничего нового предложить я не могу. Скажу лишь, что заточила ножи и зубы для предстоящей великой борьбы. Добавлю, что меня распирает любопытство. Ужасно хочется взглянуть на ту толпу, что заполнила верхние ряды!

— Увидишь, увидишь! — заверила Тула. — А сейчас ты и Суннива можете спуститься в зал. Мы ожидаем многого от тебя на заключительном периоде борьбы, Суль!

— Доверьтесь мне, — произнесла та сквозь крепко сжатые зубы.

«Кто появится сейчас?» — подумал Габриэл.

На подиум поднялась Шарлотта Мейден, посторонняя для Людей Льда.

Шарлотта никогда не была красавицей. Но Габриэлу она сразу понравилась. «Как мало значит внешний вид, — удивленно подумал он. — Мне она кажется красивой, хотя черты ее лица не очень изящны».

Если бы только все мужчины думали, как Габриэл! Если бы они смогли научиться видеть! И это касается не только некрасивых женщин. Блестящие красавицы стали бы еще больше любить жизнь, если бы мужчины на первое место ставили лучшие черты их характера. Но для многих мужчин красивая внешность означает все, и они тем самым могут способствовать ограничению сферы интересов женщины.

Шарлотта Мейден смущенно улыбнулась собранию, но не успела ничего сказать — ее опередила Тула, которая, подняв бокал вина, воскликнула:

— Выпьем за эту женщину, так мужественно поставившую Людей Льда на ноги! За человека, первым сформулировавшего понятие «Тенгель Добрый»! Пью за Шарлотту Мейден, подарившую нам не только безопасную жизнь, но давшую детям знания!

Все встали и присоединились к тосту. Наконец Габриэл снова получил возможность полакомиться питьем из своего стакана; он жаждал этого давно, сразу после первого глотка. Понять, из чего сделан напиток, он не мог, но вкус его был отменным. «А не попробовать ли и пищу», — подумал он. Но никто пока еще не притрагивался к ней, поэтому, вздохнув, он отказался от этой мысли.

— Дорогие друзья, — начала Шарлотта. — Спасибо вам за ваши так взволновавшие меня слова! У меня, разумеется, нет возможности принять участие в вашей борьбе против злых сил, но вы, может быть, позволите мне сказать несколько слов тем двадцати двум, которые живут сейчас?"

"— Конечно, пожалуйста! — сказала Тула.

— Я говорю вам, не бойтесь смерти. Это переход человека в иной, прекрасный круг существования, и нас сегодня подняли не из наших могил.