Нашел кому жаловаться на свои беды, скотина бесчувственная.

Деревянная башка.

Постояла, опираясь на подоконник, глядя на лужайку перед домом. Летом высажу здесь деревья и цветы, и станет уютнее.

В Испании у нас был чудесный сад.

Да всё там было хорошо, не было лишь Дэна. А я с ролью матери-одиночки свыкнуться так и не смогла.

— Телефон мой разбила, когда видео твое увидела, — помолчав, сказал Дэн.

— Из-за Дня Рождения Матвея злится? — спросила, не поворачиваясь. — Мы, к сожалению, не можем отменить рождение нашего сына. Не изобрели еще машину времени.

Лбом прислонилась к холодному стеклу.

Как вчера помню тот день, когда я решилась. Разговор с Соней по скайпу и ее счастливое лицо, ее слова, что Денис подарил им на годовщину ресторан.

Я тогда улыбалась в ответ, поздравляла.

А после до вечера рыдала. В жизни со мной такой истерики не было, по дому вещи летали, а я по полу каталась и выла, как раненая волчица.

Иногда любовь убивает, хуже страшной болезни разъедает нутро.

— Поль, ты сама-то как? — спросил Денис.

— Плакала ночью, — ответила.

Тогда это был порыв, позвонить Дэну и испортить настроение, рассказать, что в конце марта не только их пятилетний юбилей с женой.

Но и день рождения его второго сына.

С этого всё и закрутилось.

Столько сделано уже.

Назад я не поверну.

Порепетировала скорбное лицо, готовясь. И развернулась к Денису с сочувствующей улыбкой.

Он пьет чай. Костяшки сбиты, на них кровь запеклась.

Бедный мой.

— Ох, Дэн, — всплеснула руками. — Мне так жаль и тебя, и Соню. Я хочу сама ей всё объяснить, — шагнула к столу. — Это ведь я виновата. Соня дурочка, не понимает своего счастья. У вас прекрасная семья, нельзя ее рушить. А твоя жена рубит с плеча. Но это же Соня. Она всегда такой была.

— Меня от нее дико кроет. Она бесится — и я бешусь, — выдохнул он.

— Я себя дрянью последней чувствую, — голос дрогнул. — Если бы мы с Матвеем не приехали…надо было нам в Испании остаться. Навсегда забыть о родине. Нет нам здесь места.

— Не говори ерунды, — отозвался Денис. Отодвинул завтрак, так и не попробовав. — Ладно, Поль, я поеду. Не волнуйся, ладно? Я с Соней всё решу. Сам.

— Может, мне? Пусть лучше на меня злится.

— Не надо.

— Как скажешь, — покладисто согласилась. В холле, как приличная жена, подала ему куртку, поправила воротничок. — Пока, — махала рукой, пока машина Дениса не скрылась за поворотом.

Посмеиваясь, вернулась в кухню и взяла сотовый.

Набрала номер Сони.

— Привет, — поздоровалась спустя тонну гудков. — Думала уже, что трубку не возьмешь. Есть минутка? Встретиться с тобой хочу.

СОНЯ

Эта дрянь смеет звонить мне и болтать, будто с подружкой, прежним веселым тоном, словно ничего не случилось.

Вчера я сотовый Дениса разбила, а сегодня хотелось швырнуть об стену свой, но, к счастью, мастер пришел.