— Вот как? — поднимает брови Бешеный Лис, затем смотрит прямо на меня, на свою беду, слишком сильно высунувшуюся из-за плеча Камня, — настолько девка сладкая, что поделить не можете? Сын, этих мандавошек у тебя будет еще…

— Вон пошел! — орет, срываясь, Лис, а Камень просто молча поднимается с постели, прихватывая покрывало, оборачивая его вокруг бедер.

Все это — в одно тяжелое, слитное движение, плавно и в тоже время стремительно.

Я успеваю перехватить себе ту простынь, что болтается на бедрах до сих пор, да еще подушку сцапать.

А Камень уже стоит, чуть наклонившись, над Бешеным Лисом и цедит ему в лицо презрительно:

— Только потому, что ты — отец Лиса, не бью сразу. Уходи.

Бешеный Лис не выглядит сколько-нибудь напряженным или испуганным. Он спокойно отставляет в сторону руку с сигаретой, усмехается в лицо Камню:

— Отмор, да. И дурак. Жаль.

Затем смотрит на сына, уже вставшего плечом к плечу рядом с Камнем.

— Уверен, Генька? Настолько золотая пизда?

— Уходи.

— Ну-ну… Не пожалей, сын.

Он разворачивается и молча уходит.

И только после того, как закрывается дверь, отчетливо напряженные плечи парней чуть расслабляются.

А я делаю длинный судорожный вдох, переходящий в короткое рыдание.

Короткое, потому что Камень и Лис тут же разворачиваются ко мне, а после одним слаженным движением оказываются на кровати рядом!

— Малыш, малыш, испугалась? — шепчет Лис, тревожно заглядывая мне в лицо, — не бойся его! Он ничего не сделает!

Камень не говорит ни слова, просто молча сграбастывает в объятия, сжимает и шумно дышит в макушку.

Я смотрю, как Лис мягко, утешительно целует мне руки, гладит, что-то беспрестанно шепча.

Вдыхаю тяжелый, мускусный, умиротворяющий аромат Камня.

И думаю, что никогда не чувствовала себя защищенней, чем сейчас.

В их постели.

В их руках.

__________________________________________

На тонкой ниточке судьба, все знают, но не ценят

И кажется, что не тебе, и не с тобой, и все,

Что отмеряется для нас — лишь радости мгновенья.

А горе… Нет, не про меня, все мимо пронесет.

На тонкой ниточке… и всласть с судьбою накачавшись,

пружиним, руки оторвав, ведь только так — летишь

Раскинув крыльями слова, и в море грез сорвавшись

Но краткий у полета миг, внизу — железо крыш.

Разбиться — это не про нас, мы не умеем биться!

Мы оттолкнемся — и на взлет! И только ветер нам

Вдруг крикнет вьюгою приказ. Приказ остановиться

И разом, в один миг понять — полет — не по зубам.

Мы не летим, а камнем вниз, и силой притяженья

И скорость выше, и слабей с холодным небом связь…

Но знаешь, буду помнить я лишь эти вот мгновенья

Когда, летели, не дыша, и душами сплетясь…

21.10.24. М. Зайцева

70

— Вот отчаянная ты какая, Васька, кто бы мог подумать? — Смеется Маринка, откладывая в сторону телефон, словно он обжигает пальцы.