Что с ним?

Господи, какая мне разница? Отвернись, Василиса! Не смотри на него! Ты на спецзадании!

Но как сделать это, если Давид подходит совсем близко.

– Ты что тут делаешь? – спрашивает сразу, сдвинув брови и прожигая меня взглядом.

Оглядываюсь по сторонам в поисках Саши.

– Я жду, – напоминает о себе Давид. – Ну?

– Не твое дело! – выпаливаю я и хватаю с подноса официанта канапешку."

"– Закусывают обычно сразу после приема алкоголя, – слышу сбоку усмешку Давида. – А сейчас только хуже сделаешь. Хотя… куда уж хуже…

– Что?! – подпираю бока руками. – Да я, между прочим! На спецзадании! Вот!

Я говорю это слишком громко. На нас начинают обращать внимание остальные гости.

– Ну, теперь все в курсе, Василиса, – смеется Давид. – Что еще?

Складывает руки на груди и как будто ждет продолжения.

Ну уж нет. Индюк самовлюбленный. Где ты был, когда мне был нужен? Где ты был, когда моя жизнь была в опасности?

Правильно, ты был со своей новой невестой!

– Пойдем, поговорим, – он хватает меня за руку и тянет за собой.

– Я не пойду с тобой никуда! – упираюсь я. – Отпусти!

Давид останавливается.

– Хм, – наклоняет голову, осматривает меня, а потом вдруг резко подхватывает за ноги, приподнимает и кладет себе на плечо.

Разворачивается и идет к двери.

Я стучу Давида по спине:

– Сейчас же поставь меня! Меня укачивает! Я сейчас все спину тебе!

Меня и правда укачивает от того, что Давид хромает. Еще это вино.

Но Давид упорно несет меня в коридор. Там ставит возле стены и упирается в нее руками по обе стороны от моей головы.

– Повторяю вопрос: что ты тут делаешь? – он произносит четко, с паузой, каждое слово.

– Не твое дело, – также с паузами я произношу эту фразу.

И икаю. Получается громко и я от досады закрываю рот рукой. Давид улыбается.

– Пьянчужка. Вот видишь, стоило оставить тебя одну, и ты пошла по наклонной!

– Да, пошел ты! – вырывается у меня. – Ты бросил меня! Меня чуть не убили! А ты!

Надуваю губы и отворачиваюсь.

– А я… – Давид наклоняется и говорит тихо-тихо, почти шепчет, – я думал о тебе, зайка. Постоянно думал.

Потом пальцем поддевает бретельку платья на плече и наклоняется, чтобы поцеловать плечо.

И тут до нас доносится хрип и потом неразборчивое:

– Какого хуя там происходит? Где Саша? Кто микрофон трогает?

Давид шарахается от меня и переводит изумленный взгляд с моих глаз на плечо и обратно.

В микрофоне опять шумит, но уже понять невозможно.

– Это что?! – Давид хватает бретельку, переворачивает ее и замечает, наконец, прослушку.

Сдирает, кидает на пол и наступает ботинком.

– Какого хуя, Василиса?! Что это?!

– Я же сказала, что на спецоперации! – гордо заявляю я, встряхивая головой.