Мари, вместе с Анной дожидавшаяся нашего возвращения, увидев наши напряжённые лица, сразу поняла, что произошло неладное.

Вкратце пересказав суть ситуации, я попросила у бывалой гувернантки совета. Всё-таки она была постарше и поопытней меня. Тем более в таких вопросах.

— Не знаю, что вам сказать, — расстроенно задумалась француженка, — Прямо сейчас шум поднимать нельзя.

Ну вот это, как раз, я и сама понимала. В разгар такого важного для графских семей события, публичный скандал вряд ли пойдёт на пользу. И мне в том числе. Александру тоже не пришлось уговаривать подержать язык за зубами — кажется, она боялась сиюминутной огласки ещё больше, чем мы.

Как всякий ребёнок, она болезненно переносила внутрисемейные конфликты и надеялась, что всё можно уладить тихо и мирно.

— А дальше? Что делать дальше, Мари? Мне ведь ещё жить в этом доме. — я совершенно не представляла, как себя повести.

— А что вы можете предпринять, Алиса? Он ведь графский сын!

— Как что? По приезде домой, рассказать родителям. Они люди порядочные. Да и я, вроде, не крестьянка. Должна же быть какая-то защита.

— Он сын! — повторила француженка, посмотрев на меня, как на маленькую (не сказать, как на наивную дурочку).

— Ну! Сын! Прямо скажем недовоспитанный нахал! — начала сердиться я, — И что же, ему теперь безнаказанно можно вести себя, как…, - я осеклась, спохватившись, что здесь же сейчас, кроме нас с Мари, находятся Анна и Александра.

— Ну вообще-то у вас в России именно так всё и происходит. — удивлённо приподняла тонкие брови собеседница, — А вы как будто из другого мира сюда попали…

— Если б ты только знала, насколько сейчас права. Может и не из другого мира, но… ничегошеньки я тут так и не понимаю.

Хотя… как будто у нас богатенькие сыночки не страдают вседозволенностью. Точнее, это окружающие страдают, а они-то как раз ею наслаждаются.

— Алиса, вам очень повезло с графами Щербаковыми, но поймите простую вещь — никто не простит вам огласки. Может вам и удастся убедить их в испорченности Андрэ, только произойдёт это ценою вашего места.

На меня вдруг навалилась дикая усталость. И что теперь выходило — эта великовозрастная сволочь поймёт, что любая гадость сходит ему с рук и совсем потеряет последний страх? Нет, так не пойдёт.

Надо с кем-то ещё посоветоваться. Мари, конечно, всё верно говорит. Только найти выход, подсказать, как выкрутиться из ситуации не знает, как и я. Надо написать Марте. Правда выйдет небыстро. Но прямо сейчас я больше ничего придумать не могла.

— Как бы там чего не вышло. — прервала мои размышления Анна, напряжённо перебирая кусочек кружева на нарядном платье.

— Не волнуйтесь так, мне показалось, что ваш брат на редкость здравомыслящий молодой человек, способный управлять своими эмоциями.