Потому как, весело наблюдая за перемещениями друга, они всё-таки попытались охладить неуёмный пыл и тягу к приключениям молодого вояки и воротить его в компанию.

— Порутчик***! — окликнул его один из товарищей, — Василий, голубчик, изволь оставить мадемуазель в покое и вернуться к столу!

— Порутчик Василий ХворостовскЫй! — щёлкнув каблуками и коротко поклонившись, продолжил мой собеседник, не обращая внимания на воззвания друзей. — Разрш-шите…

Что ещё ему следовало разрешить, он договорить не успел. Ибо равновесие на миг покинуло моего визави и он, качнувшись в сторону, столкнулся с пробегавшим мимо мальчишкой.

Зарядив пацану подзатыльник и что-то прошипев под нос, Василий вернул себя в более-менее устойчивое вертикальное положение, одёрнул форму и совсем было наладился продолжить общение, как лицо его вытянулось, а меня под локоть подхватила незнакомая мужская рука.

— Дорогая, я вас совершенно заждался. — произнёс приятный баритон, который я, в отличие от руки, тут же узнала.

Медленно скосив глаза в сторону голоса, подтвердила свою догадку. Рядом со мной стоял молодой граф Уваров — собственной персоной.

— Что ж вы так неосмотрительно оставили карету? — пожурил меня ""дорогой"", глядя при этом вовсе не на меня, а в глаза несостоявшегося кавалера.

— Пар-рдон! — с выражением ""Упс!"" на лице, произнёс поручик, — Разрш-шите откланяться.

Кадр снова коротко кивнул, развернулся на сто восемьдесят градусов и помаршировал в сторону плохо сдерживающих молодецкий гогот друзей.

Дождавшись, когда Василий достигнет цели и за всей компанией закроется дверь, Дмитрий отпустил мой локоть и развернулся ко мне. На лице его застыло строго-серьёзное выражение, которое совершенно не соответствовало открыто смеющимся глазам.

— Простите эту вольность, мадемуазель, но мне показалось, что вы нуждаетесь в помощи.

— Да уж… Благодарю вас, граф. — немного стушевалась я, — Кажется, необходимость спасать меня становится вашим злым роком.

— Ну, в этот раз ваш… собеседник оказался гораздо более миролюбив и понятлив. — немного поморщившись от неприятных воспоминаний, сказал он, — Однако, стоит отметить ваш талант попадать в неожиданные ситуации.

Пришлось снова смутиться, признавая его правоту.

— Мадемуазель фон Вельф. Что вы здесь делаете, да ещё и в одиночестве?

— Я здесь… есть хочу. — сразу выдавать истинную цель своего блуждания по торговым рядам желания не было, — Простите, граф, можно обратиться к вам с одной нестандартной просьбой?

Дмитрий заинтригованно приподнял бровь.

— Право, мне страшно неловко просить, но, если вы не очень торопитесь, прошу вас, посидите со мной за столиком, пока я что-нибудь перекушу. Потому что дела свои я ещё не доделала, а подкрепиться уже давно пора.