Это был руководитель отдела Среднего Востока ЦРУ Скотт Вернер. Несмотря на свои гигантские размеры, Вернер был весьма подвижен (дважды в неделю играл в большой теннис и через день посещал бассейн). Придя в разведку, Скотт оставил насиженное место на Уолл-стрит, где долгое время был экспертом-аналитиком по странам Ближнего и Среднего Востока.

Матерому разведчику Фишеру редко приходилось видеться со своим непосредственным руководством, начальниками отделов. Они, как правило, менялись после каждых президентских выборов, независимо оттого, приходил ли новый хозяин Белого дома или на второй срок переизбирали старого.

Появление Вернера в Пакистане насторожило всю восточную разведсеть и особенно резидента.

Зная пристрастие шефа к чревоугодию, Фишер заказал сногсшибательный обед в ресторане гостиницы «Калиф», построенной специально для высокопоставленных особ Востока и Запада, посещающих Исламабад. Личный приезд руководителя отдела был событием неординарным и даже пугающим. Резидент расстарался, и на столе было все: от русской черной икры, обложенной кубиками льда, французских лягушачьих лапок и до китайской свинины в арахисе.

Шеф в начале застолья объявил, что «чертовски голоден», и сразу же принялся за обед. Ел быстро, не отрывая взгляда от стола и не пропуская ни одного блюда. После полуторачасового обеда Джеймс Фишер, отдуваясь и стараясь быть незамеченным, расслабил брючный ремень и мысленно пообещал неделю к еде не прикасаться. Но не таков Скотт Вернер. Поднявшись из-за стола, громко смеясь, он произнес:

— Славно перекусили, можно заняться делами. Чтобы время зря не терять, давайте-ка, Джеймс, поднимемся ко мне в номер, я заказал креветки и пиво.

Такое сочетание стимулирует работу моего мозга. А вы что предпочитаете?

Возле огромного лифта с полированными дверями, похожими на створки огромного шкафа, стоял мальчик-лифтер в белой атласной форме, которая как нел ьзя лучше контрастировала с его шоколадного цвета кожей.

Туша Вернера заняла почти весь объем лифта, оставив немного пространства для афганского резидента и юного лифтера. Кабина лифта бесшумно поднималась на верхний этаж гостиницы, где находился номер руководителя отдела.

"

"«Какое отношение к разведке имеет этот идиот?» — думал о своем шефе резидент. Но как он заблуждался.

Наконец лифт замер, под электронную мелодию двери бесшумно распахнулись.

— Ваш этаж, сэр, — заученно произнес фразу по-английски «бой».

— О’кей, бэби, — хмыкнул Скотт, протягивая лифтеру долларовую банкноту.

Переваливаясь с ноги на ногу, он двинулся по коридору, шедший рядом с ним Фишер ловил себя на мысли, что сейчас он себя чувствует погонщиком слона — большого африканского слона.