Зато Рома мог, но очевидно не довел свое дело до конца, раз… Странно вообще, что такую красоту не смог ублажить. Он же всегда доводит…

— Что значит Рома мог забрать меня к себе?

— Милая, мы с Романом поспорили, что он первый возьмет тебя. Но ты не переживай, я никогда не заморачивался, кто был у девушки до меня. Тем более у такой красивой, как ты.

— Поспорили? — земля уходит из-под ног, хотя я точно помню, что твердо и уверенно стояла на них. — Абсурд какой-то… Ты сейчас это специально зачем-то говоришь… Я не верю тебе. Рома не мог так поступить… — зачем-то говорю это громче, чем надо, выдавая эмоции.

И да, я ему почему-то верю. Глупо, но верю.

— Так значит, я все-таки был прав, — уже себе говорит под нос, но я все это слышу. Этот противный голос еще долго будет у меня прокручиваться в голове, как старая советская пластинка. — Он все-таки с тобой переспал, — улыбнулся он. Но это уже больше походило на оскал."

"А потом отошел от меня и начал смеяться. Громко, захлебываясь. Мой страх усиливался в геометрической прогрессии, я не знаю, что ожидать от этого мужчины, но я приросла к полу и не могу сделать ни шагу. Все плывет перед глазами.

И это не слезы. Это картины, которые проносятся передо мной: вот ОН рассматривает меня в своем кабинете и ведет внутренний диалог. А вот ОН смотрит на меня исподлобья, когда встречает меня у подъезда. Улыбается, смеется, говорит пошлости. А потом я сама к нему пришла и отдалась. Вот так просто. Даже никакие усилия не надо было прикладывать. Попалась в ловушку сама, как глупый мышонок в мышеловку, а ведь там даже не было и кусочка сыра.

Роберт уже не обращает на меня внимание. Он отвернулся и о чем-то думает. Жаль, что я не могу прочитать его мысли.

Возможно в них скрываются ответы на мои вопросы.

— А знаешь, Настя. Я ведь действительно ему поверил. Он хорош, только пока мотивы его мне не понятны, — Робер говорит мне, но я совсем не понимаю, о чем он. — Но, я за честный спор.

Он опять подходит ко мне близко-близко, обдавая меня теперь парами алкоголя, который я теперь почувствовала. Может, он просто пьян? Но нет, его жесты, походка, даже речь — все говори о том, что если он и пил, то Роберт совсем не пьяный.

Он берет мою холодную ладонь и разворачивает внутренней стороной вверх.

Я же как статуя, стою неподвижно.

— Раз он сделал все, как мы и договаривались, то вот — приз! — улыбнулся он широко, а в руку мне положил брелок от машины.

— Что это? — выдавила из себя я.

— Как что? Приз, за то, что выиграл спор. Ключи от моей тачки. Новой, надо сказать. Даже жаль, мало покатался. С химчисткой сам разберется, а по поводу бумаг пусть звонит, я дам контакты моего доверенного лица, он все переоформит.

Я рассматриваю пластиковый брелок с эмблемой из четырех кругов и не могу оторвать глаза от него.