— Как ты там сказал? Сапог Божественного Вознесения? Круто конечно, че…

— В общем первую пересдачу я уже себе заработал, прикинь? Причем на абсолютно ровном месте.

— Ты откуда этих названий понабрался? Сам придумал что ли?

— Понятия не имею. Я их впервые слышал, как и Бирюкова. И не смотри так на меня — температуры у меня нет.

— А экзамены еще сегодня есть?

— Ну да. В первый день же у всех по два экзамена обычно.

— Какой?

— Основы алхимии.

— Слушай, Макс, может быть, тебе его пропустить? — предложил Лешка.

В этот момент я услышал звонкий смех за столом где сидели Шуйский и его компания. Судя по всему, он сейчас во всех красках рассказывал своим друзьям о моем феерическом ответе на экзамене. Ну что же, максимум полчаса и об этом будет знать вся школа. Хотя нет, полчаса — это перебор. Новости хватит и пятнадцати минут.

— С чего вдруг? Уж что-что, а основы алхимии я точно сдам с закрытыми глазами, — аппетита у меня никакого не было, поэтому я просто пил вишневый компот стакан за стаканом. Вот пошел в дело третий.

— Я бы на твоем месте не был так уверен после основ предсказания. Вдруг опять какую-нибудь штуку отколешь. Компонент это тебе не Бирюкова. Если он против тебя зуб заимеет, будешь плакать горькими слезами.

— А то я сам не знаю.

— Ну так если сам знаешь, чего упираешься? Скажешь, что плохо себя чувствуешь, тебе он поверит. Зачем лишний раз рисковать. Может быть до завтра тебя отпустит, — Нарышкин посмотрел на меня с улыбкой. — Мозги снова на место встанут.

— Леха…

— Погоди, не нервничай. Я тебе вполне серьезно говорю, между прочим. Ты же сам говоришь, что с тобой что-то непонятное происходит, правильно? Вот и выдержишь паузу, заодно и попытаемся разобраться.

Он посмотрел по сторонам и наклонил голову чуть ниже.

— Вдруг кто-то из учеников против тебя козни плетет? Желающих тебя лицом в дерьмо пару раз окунуть у нас хоть отбавляй.

Я ненадолго задумался над словами своего друга, прикончил третий стакан компота и решил, что определенная доля правды в его словах есть. Возможно имеет смысл попробовать и отпроситься у Щекина с экзамена.

— Что решил? — отвлек меня от мыслей княжич.

— Похоже ты прав. Нужно отпроситься с алхимии. Со мной происходит какая-то ерунда.

— Ну вот, все-таки умеешь трезво головой соображать, когда успокоишься немного, — обрадовался Нарышкин. — А я попробую выяснить через Дашкову. Может быть, среди девчонок ходит какой-нибудь слушок на твой счет.

— Если что, проклятий на мне никаких нет, — сразу предупредил я его. — Это я бы и сам понял.

— Ну проклятий может и нет, а заговор или ритуальчик какой ты бы и не почувствовал, — сказал он. — Тем более, что на проклятье это и не похоже. Скорее чья-нибудь шалость.