— Да? Странно… Мне он говорит, что я болван пустоголовый, — сказал я, припоминая эпитеты, которыми он меня награждал на занятиях. — И это еще не самая плохая характеристика.

— Что поделать, у старика скверный характер. Говорят, что к старости у всех он немного портится. Надеюсь, меня это не коснется, — сказал он и подмигнул мне. — Не хочется, чтобы внуки считали меня вредным и сварливым дедуганом.

— Мне тоже, — честно ответил я.

— Ты отлично сдал свой первый экзамен, — сказал он, вдруг в одно мгновение став серьезным. — Я очень доволен тобой. Кажется, ты что-то хочешь спросить?

— Очень. Я и у Александра Григорьевича спрашивал, но он мне не ответил. Сказал, что не моего ума дело.

— Тогда спроси у меня, — прищурился Романов. — Я точно отвечу.

— Проклятье лежало не только на Малиновском, но и на его дочери…

— Я знаю об этом, — кивнул он. — И что же ты хочешь знать?

— Что с ней стало? Его уничтожили?

— Нет, — покачал головой Александр Николаевич. — Уничтожать их можешь только ты и Чертков. Ты этого не делал, Александр Григорьевич слишком стар для сражений с проклятьями, поэтому рисковать его здоровьем было бы глупо…

Он замолчал, а я в этот момент подумал — может быть, мне все-таки стоило его уничтожить? Жалко ее почему-то. Симпатичная девушка.

— Поэтому я просто попросил одного из своих черных магов снять его обратно, — сказал после паузы Император. — Алена Романовна Малиновская сейчас в полном порядке, живет не тужит. Ну а проклятье на ней лежало только для того, чтобы проверить тебя.

Хм… По крайне мере, он говорит честно. Хотя я и ожидал, что он не станет мне врать, некоторое сомнение все-таки было. Его посеял во мне Дориан, который не раз говорил, что нельзя до конца никому верить.

В тот момент, когда ты этого не ждешь, именно тот человек, которому ты больше всего веришь, и всадит тебе нож в спину. На мой взгляд, он немного преувеличивал, но тем не менее, я никогда не пропускал мимо ушей его советы. Кто-кто, а Мор был единственным, в ком я был уверен до конца.

— Ты знаешь, Максим, я был уверен, что ты задашь мне этот вопрос, — продолжил тем временем Романов. — Даже больше скажу, я был бы сильно расстроен, если бы ты мне его не задал. Я тебя поздравлю, виконт, только что ты успешно выдержал свой второй экзамен.

Я удивленно таращился на него, а на его лице вновь появилась улыбка.

— Подумай сам, зачем мне человек, который делает все что ему скажу, да еще и не задает потом вопросов?

— Вопросы не всегда могут понравиться.

— Разумный ответ, — кивнул он. — Вот только и мне не нужны големы, которые бездумно будут выполнять любые приказы. Прежде всего я заинтересован в тех, кто будет знать, что он не делает какой-нибудь гадости.