Так хотелось прижаться к ней, обнять. И чтобы не было этих истерик. Вот Лёва сам от Багира не отлипает!

– На обед, на обед! – замахала Надя руками. – Я ж за этим и пришла! Пойдемте скорее, пока всё не остыло.

– А с этими что делать? – кивнул я на занятых друг дружкой детишек. Оба о чем-то увлеченно разговаривали на своем тарабарском, абсолютно не замечая взрослых.

– Расстелем одеяльце, и пусть играют. Полы теплые, так что не замерзнут, – подхватив сложенное одеяло, видимо используемое для подобных целей, сказала Надя.

– Надь, возьми ее, пожалуйста, – взмолился я, боясь, что, если она расплачется, ее уже будет не успокоить.

– Максим! Ну нельзя же так, бояться собственного ребенка ненормально. Ты должен наладить контакт, – пожурила она меня.

– Да как его наладить-то! – запустил я в расстройстве пальцы в волосы, с силой тяня за корни. Ужасная привычка, но она помогала мне отвлечься. – Она же только и делает, что плачет и орёт от подобного «контакта».

– И пусть плачет. Поплачет и перестанет. Не хочу признавать правоту Багира, но дети действительно… манипуляторы, – вздохнула она, предвидя самодовольство мужа.

– Что-что? Уж не ослышался ли я? – не заставил он себя ждать, тут же ухмыляясь, как Чеширский кот.

– Да ну тебя! Так и знала, что ты так отреагируешь, – махнула на него Надя. – Ты, главное, не прекращай попыток, Максим, рано или поздно она поймет, что ее приемчики не работают, и перестанет закатывать истерики.

– Думаешь? – с сомнением протянул я, наблюдая за вполне довольной жизнью Булочкой. Не хотелось мне ради частоты эксперимента заставлять ее плакать и расстраивать. – Надь, давай всё же в следующий раз? Чувствую, что, когда кое-кого нет рядом, лучше такие эксперименты не проводить, – взмолился я, забирая у нее покрывало.

– Ладно, папаша, – хмыкнула она беззлобно, затем подошла и без всякой негативной реакции со стороны вредины подхватила ту на руки."

"– Йий! – тут же возмутился Лева, у которого забрали подружку.

– Пошли, Манипулятор, твоя мама, считай, сегодня дала мне добро так тебя называть, – подхватил Багир сына, с усмешкой глядя на жену.

– Ничего подобного! Хочешь остаться без десерта? – пригрозила она ему.

– Вам когда-нибудь надоест спорить? – спросил я, закатывая глаза и идя на кухню, чтобы расстелить одеяло.

– Ссоры пробуждают аппетит на десерты! – заявил Багир, с озорством глядя на жену, которая внезапно покраснела и ушла заниматься детьми, пока мы рассаживались за стол. – Кстати, как твоя личная жизнь? – вдруг перевел он тему, пока я рассматривал богато и щедро заставленный вкусными блюдами стол.

– О, пожалуй, я уведу твою жену, – поддразнил я его, накладывая себе на тарелку салат. – Красавица, умница, прекрасная мать, а как готовит, м-м-м.