Вернее знала, но не была уверенна… — … ты же снова хочешь меня?… Сильно?…

— Безумно хочу, малыш, но сегодня тебе не стоит об этом волноваться. Я договорюсь с одной очень приятной особой и запишу тебя к ней на консультацию. Нам нужно позаботится о твоей защите, я имею ввиду метод контрацепции, который ты должна выбрать для себя, чтобы избежать сейчас нежелательной беременности. Я хочу чувствовать тебя не используя презервативы, Лина. А заканчивать каждый раз прерванным половым актом, согласись, не лучший для нас обоих вариант.

Словосочетание «нежелательная беременность» неприятно кольнуло, где-то между рёбрами, вызвав вкус горечи на языке. Обычно мужчины после тридцати лет просят своих любимых женщин подарить им ребёнка, но от Димы я только услышала обратное желание на ряду с суррогатным материнством, о котором он намекнул буквально вчера утром, перед тем, как расписались. Я никак не могла понять его позицию по отношению к детям. Готовность родить ребёнка любимому человеку проснулась вместе с чувствами к нему. Почему же сейчас, глядя в эти влюблённые синие глаза, я не чувствую от него того же?

— Ты не хочешь детей? — моё сердце пускается в галоп, больно ударяясь о грудную клетку. Нервная дрожь пробежалась по телу.

— Глупая… — Дима наклонился ко мне и, захватив в плен мои губы, поцеловал их так, что в моём теле напряглась каждая мышца, насколько это было ошеломляюще-приятно. — У нас с тобой обязательно будут дети, я безумно этого хочу, но чуть-чуть позже, Лина. Как закончишь учебу, мы вернёмся к этому разговору. Не стоит сейчас зацикливаться на беременности, тебе рано об этом думать. Слишком рано, любимая…

Его руки до боли сжались на моем хрупком стане, обняли меня, будто пытались втиснуть в мужское тело, впихнуть внутрь, в самую глубину его неизведанной души, спрятать там от всего мира и от себя самого. Что с ним происходит? Почему такая реакция? Почему рано? Почему слишком? Если начну сейчас обо всём этом думать, моя голова просто не выдержит и лопнет. Решаю оставить эти вопросы открытыми для более подходящего момента.

— Кто та женщина? Гинеколог. О которой ты упоминал. Я могла бы обратиться к знакомой, которая работает в больнице с отцом. Ксюша часто у неё наблюдалась.

— Исключено.

— Почему?

— Потому что я должен быть уверен в профессионализме врача, а Вера как раз та, которой я могу доверить своё сокровище.

— Вера твоя подружка? — ревность ворвалась вихрем в меня и подначивала развязать язык. Дима хохотнул и снова поцеловал мой лоб.

— Она, скорее, подружка моей матери, но если тебе станет легче, ей почти пятьдесят лет. Она моя бывшая клиентка, интересы которой я защищал в суде. Вера Николаевна очень хороший специалист.

Я облегченно выдохнула, прижимаясь к нему всем телом.