Деньги давно перестали быть чем-то захватывающим, но это необходимый ресурс и надежный метод манипуляции.

Цель.

Моего статуса и влияния семьи Кингов, блядь, недостаточно, поэтому мне приходится играть на публику, показывая всем маску молодого безумного трейдера и наследника крупнейшей финансовой корпорации Англии.

Для всего общества я не кто иной, как богатый псих с манией величия.

Каюсь, это не так уж далеко от правды.

Получив от Хвана необходимые сведения, я отправился на небольшую охоту и успешно поймал стайку жалких пешек.

Оказалось, что двое из них занимались незаконным оборотом оружия, но не сохранили информацию о своем заказчике, что делает процесс моих поисков еще более утомительным.

Ску-у-ука.

Наверное, из-за скуки мои извращенные пытки стали потрясающе кровавыми, а дом на краю Лондона превратился в пристанище ада. У меня есть милый подвал, и иногда (ладно, часто) я делаю грязную работу сам, получая необходимую насильственную дозу.

От клюшки, что я таскаю за собой, слышится противный скрежет, пока безвольное тело, привязанное к стулу, начинает терять сознание.

– Ну-ну, – я широко улыбаюсь, подходя ближе. – Малыш уже хочет спать? Разве еще не рановато для сновидений?

Надавив клюшкой на сонную артерию, я наклоняю голову и наблюдаю над тем, как в красные глаза ирландца возвращается разум.

– М-м-м, – мычит он. Его лицо изрезано, а во рту не хватает нескольких важных зубов.

– Ты должен произнести что-то внятное, – говорю я спокойно.

 – Иначе я перейду к твоим глазам. Тебе какой больше нравится? Правый или левый?

– Не… надо.

– Что не надо?

– Не…

Так не пойдет.

Я медленно надеваю латексные перчатки и рассматриваю лицо Дугласа. Левый глаз уродливее, чем правый. Начнем с него.

Моя нога нетерпеливо сбивает стул, и, когда этот ублюдок падает на землю, я фиксирую его голову и давлю большим пальцем на его глазное яблоко. Он визжит, дергается и стонет под моими чудными прикосновениями, но в моей голове тишина.

Его глаз мутнеет, внутри виднеется кровоподтек, а потом из него начинает вытекать жидкость.

– Имя.

– Ма-а-а….

– Имя, Дуглас.

– Ма-арк-кус С-смит.

Интересно. Уже второй человек говорит мне это.

Я извлекаю остатки, перерезав зрительный нерв с сосудами, брезгливо вытираю кровь и глазную жидкость с рукава рубашки, а затем поднимаю стул, включая тяжелое тело, и извиняюще улыбаюсь.

– Зияющее отверстие выглядит так отвратительно.