– Сделай милость, объясни, откуда ты знаешь, что денег было именно столько?

Белла осеклась, захлопнула рот, потом намного тише ответила:

– Так ты только что сообщил: Клара с…а баксы.

– Пожалуйста, не ругайся, – не выдержал я, – противно, словно жаба изо рта выпрыгнула!

Белла фыркнула:

– Ты цветок душистых прерий, а не мужчина!

– Деточка, – не выдержал я, – откуда бы тебе знать правду о лицах противоположного пола.

– Да уж имею опыт, – горделиво заявила она, возвращаясь к супу.

Я хотел было спросить: «Какой?», но тут вдруг сообразил, что девчонка неспроста обратилась к столь скользкой теме, она просто хочет отвлечь меня от беседы о деньгах. Ну уж нет!

– Так откуда тебе известна точная сумма? – сурово поинтересовался я.

– Ты же сказал «пачка», а в пачке всегда бывает столько стодолларовых купюр, – принялась изворачиваться Белла.

– Я не говорил «пачка», и потом, объясни, отчего ты решила, что там были сотенные купюры? – мигом спросил я.

– Ну… ну… у папы в письменном столе всегда такие валяются…

– И куда ты дела остальные?

– Чего?

– Неужели успела за столь короткий срок потратить сто двадцать тысяч?

– Чего?!

– Ну, десять ты сунула под подушку Кларе, не пожалела части добычи, чтобы вытолкнуть сестру из дома, омерзительный поступок, но не о нем сейчас речь. Где остальные деньги?

– Какие? – подскочила Белла.

В ее широко раскрытых голубых глазах читалось абсолютно неподдельное удивление.

Я погрозил ей пальцем:

– Ты хорошая актриса, но все же не Сара Бернар. Ладно, подыграю тебе. Если хочешь услышать про деньги, изволь. В ящике лежало больше миллиона.

– Мама! – воскликнула Белла. – Я видела, что много, но сколько – не представляла.

– Значит, ты лазила в стол, – с удовлетворением отметил я, – и стащила сначала десять тысяч, а потом еще сто десять…

– С ума сошел? – прошептала Белла. – Не брала я ничего.

Неожиданно я выпалил:

– Врать нехорошо, у меня есть твое фото.

– Какое? – вскинулась Беллочка.

Очевидно, в каждом человеке сидит частичка барона Мюнхгаузена, потому что я с самым искренним видом выдал замечательный монолог:

– Видишь ли, детка, тебе крайне не повезло. Я на самом деле частный детектив. Твой отец нанял меня для того, чтобы поймать особу, которая таскает из ящика его стола деньги. Я воспользовался специальной техникой, установил в кабинете хитрый фотоаппарат, который автоматически делает снимки, потом просто проявил пленку. Ну и что увидел?

Запал кончился, я перевел дух и запоздало удивился. Интересно, почему Сергей Петрович и впрямь не купил подобное техническое устройство? Отчего велел мне следить за кабинетом?

Белла замерла на табуретке. Ее личико, потеряв обычное наглое выражение, вытянулось и стало совсем детским.