Тебе не кажется это детским садом? — закидывает сумку на заднее сиденье и открывает мне переднюю дверь.

— Может и так. Но до тех пор, пока у тебя не будет штампа в паспорте о разводе, будет именно так.

— Садись.

— Присаживаюсь. Твоей законной женушки там точно не будет? — вновь как попугай повторяю мучающий меня вопрос, как только Лукьянов тронулся с места. — Поклянись своей мужской силой.

— Чего?

— Членом своим поклянись. Вот чего.

— Бегу и волосы назад. Не будет там Леры. Она перед моим отъездом забрала Нику на шоппинг. Можно подумать, мне она там нужна. Расслабься.

— Расслабляюсь.

Мои красивые ножки можно положить на эту штучку?

— Штучку?

— Ну приборную панель.

— Нельзя, — спустя несколько секунд произнес Богдан, залипнув на моих ногах. А затем резко перевел взгляд на дорогу. Видимо, вспомнив о том, что он все же водитель.

— Значит можно. У меня чистые ноги. Не парься. А если что тряпочкой протру. Занудло. А сколько у тебя было женщин?

— Я не считал. Ноги убери.

— Ну а серьезных отношений сколько? Не верю, что не считал. У тебя поди даже презики посчитаны все.

— А ты со сколькими слюной обменивалась?

— Целовалась в смысле?

— Да.

"

"— С тремя. Первый раз в одиннадцатом классе с одноклассником Ваней. Точнее, после одиннадцатого, на выпускном. Он был в меня влюблен. И это было прям фу. Слизко, мокро, полный армагедец. Но мы типа как начали встречаться, пришлось его неделю потерпеть. Потом был… Егор. Грудью стоячей клянусь, что было также неприятно, — быстро протараторила я. Лукьянов все же соизволил ко мне повернуться. — Там вообще было несколько раз. Хотела бы я сказать, спроси у него, но он тебе назвездит. Короче, мало было раз. И невкусно. Я вообще это дело не люблю.

Третий ты, кстати. Прозвучит как подхалимство, но с тобой мне нравится целоваться. Мамой клянусь.

— Это посерьезнее стоячих сисек, — саркастично отмечает Лукьянов.

— А то, я ж не вру.

— Ты сказала в первый день практики, что у тебя парень был. Это не Егор. Кто?

— Я звездела.

— Я так и подумал.

— Теперь твоя очередь отвечать на мой вопрос. Я же тебе ответила на твой, — не унимаюсь я.

— Я не считал. Ноги убери.

— Ну чё ты врешь?

— Не вру.

— А девственницы у тебя были?

— Нет, — без заминки отвечает Богдан.

— А сколько было женщин?

— Я не считал, — все так же спокойно отвечает Лукьянов, останавливаясь на светофоре.

— Ремень пристегни и телефон убери.

— Слушай, а в постели ты такой же зануда? Ну типа руки убери. Нет, не туда. Голову подними, глаза опусти, жопу опусти, то есть приподними. Поди и в кровати есть не разрешаешь.

— Мне сложно оценить себя в постели. Однако, во время секса тем, чем ты сейчас промышляешь, то есть словесным поносом, я не занимаюсь. Что за интерес к моей сексуальной жизни? — искоса взглянул на меня. Блин, ну какой же он стал красивый.