Ты знала, что Ника с этой тварью?

— Нет, не знала! Клянусь твоей почкой. Ну или своей, — пытаюсь вырвать руку из стальной хватки Лукьянова.

— Убью эту падлу. Реально грохну. Сука, — никогда я не видела таким Богдана. Ощущение, что он сейчас пустит слезу. То ли от физической боли, то ли из-за Ники. Жалко его. Впервые по-настоящему жалко. — А Ника? Я думал, что я нормально воспитал дочь, с принципами, твою мать. Она же знает, что он был с ее матерью. Что за херня у нее творится в голове?

— Забудь о них сейчас. Да и не все так страшно. Ну влюбились друг в друга, ну разница в возрасте, но у нас почти такая же. Все будет хорошо, — последние слова уже выжимаю из себя, смотря на разъяренного Лукьянова. Чувствую, как его рука моментально напряглась. — У тебя пульс частит. Успокойся, пожалуйста. Давай давление тебе померяю, наверняка тоже зашкаливает. И давай я дам тебе другое обезболивающее.

— Не надо. Скажи что-нибудь хорошее. Отвлеки меня, — уже мягче произносит Богдан.

— У зайки болит, у мишки болит, а у Бодечки не болит, — чмокаю Лукьянова в нос.

— Ты точно будущий врач?

— Я пытаюсь отвлечь тебя, как ты просил.

— Мне не пять лет"

"— Ну, окей. Сейчас придумаю, что-то повзрослее.

Селективный адреноблокатор

Я тебе от давления дам.

Вместе с ним будет транквилизатор,

Только ты успокойся, Богдан.

А когда в мочеточнике камень

И идет по нему он, как рать,

Невзирая на вас со слезами,

Я могу лишь уйти — не мешать.

Не орите, Богдан, не кляните

Ни меня, ни курносый мой нос…

Камень все же идет, отдохните.

Вам ежа принести? Не вопрос!

Несколько секунд Лукьянов смотрит на меня с глазами долгопята. Вроде отвлекла… или нет?

— О, вспомнила, у меня хорошая новость. Ежа не принесу, так как я видела клетку в машине у Ники. Точнее не в ее машине. Ну, ты понял. Видишь какая у тебя ответственная дочь, могла уехать на выходные и оставить не свое животное. А она вон какая молодец. Я тебя не отвлекла, да?

— Хочу треснуть тебе сейчас по лбу.

— Не сдерживайся. Тресни. Разрешаю.

— Не могу. Руки заняты, — о, уже обе в штанах. — Скажи что-нибудь еще.

— Ты все-таки встал передо мной на колени. Не с кольцом, конечно, как хотелось бы, но встал. Мечты сбываются. Точно говорят, что надо четче формулировать свои желания. Впредь буду осторожнее, — я была уверена, что Лукьянов все же вытащит руку из штанов и таки треснет меня по лбу. Но, к моему удивлению, он не только не сделал этого, но еще и улыбнулся, закрыв глаза.

— Повезло же мне, что я пошел на похороны биохимички.

— А это сейчас сарказм или нет? Вот вообще не поняла.

— Не сарказм.

— Ммм… как мило, я тебя тоже люблю. О, кажется, скорая приехала. Я быстренько.

Правду говорят, что врачи — худшие пациенты. Мой Лукьянов — яркий тому пример.

— Я уже сказал куда отдает боль. В яйца.