«Ты же не думала, что у нас все серьезно?»

В тот миг собственная жизнь полетела к черту, а мечты разбились в одночасье. Все потому, что я ошиблась. Да, я думала, что у нас серьезно. Я думала, что у нас с ним то, чего больше ни с кем другим не будет. Да. Я очень сильно ошиблась… но теперь у меня есть Аня.

Крепко сжимаю ручку дочери и тяну назад. Ни слова не говоря, отворачиваюсь и, поскорее перебирая ногами, поднимаюсь на крыльцо. Скорее. Скорее уйти. Уйти от него, от его взгляда. От его голоса… поскорее убежать от прошлого… скорее. Еще немного, и я окажусь в безопасности.

Заходим с Анютой в подъезд. Я не успеваю выдохнуть, а домофонная дверь не успевает захлопнуться, как в спину остро врезается громогласное:

– В смысле «дядя обознался»?!

Пять лет прошло. Я больше не одна: у меня есть Леша. И я научилась ему доверять. Заново научилась.

А ОН… Пусть проваливает. Когда казалось, что спасения нет, мы справились без него.

Глава 2

За спиной щёлкает домофонная дверь. Этот звук здорово бьет по мозгам. И я замираю. Нужно отдышаться. Перевести дух. Хотя бы минуту. Хотя бы мгновение…

На пару секунд я прикрываю веки и вижу его глаза. Как будто молнией вновь пронзает. Что за насмешка судьбы? После расставания с ним казалось, что моя жизнь разрушена до основания. Хотелось бы больше никогда с ним не встречаться.

Когда я его увидела, первым порывом стало вцепиться в Анютины плечи и спрятать дочь от Адама. Укрыть от родного отца.

Он такой же, каким я его запомнила: крепкое телосложение, наглые глаза с задорным блеском, улыбка короля жизни, вальяжная поза, когда одна нога отставлена в сторону.

Какая же я глупая. Зачем я устроила этот спектакль?! Неужели нельзя было просто поздороваться и сказать, что нам с дочкой пора идти, нас дома ждут. А что?! Это ведь правда! Куча дел нас действительно ждет, но уточнять-то необязательно.

Боже. Сердце все еще колотится как сумасшедшее.

– Мам, ты чего? Пошли домой, – маленькие пальчики сдавливают мою руку, Анюта тянет вперёд.

– Да-да. Пойдём.

– Мам.

Кажется, собеседник из меня сейчас абсолютно никудышный.

– Ммм?"

"Дочь встаёт на носочки и тянется к кнопке вызова лифта. Иногда она меня удивляет детской непосредственностью. А иногда шокирует почти взрослой проницательностью.

– Этот дядя тебя точно знает.

– Может быть, видел когда-то.

– Он знает, как тебя зовут.

– Ты в театральную студию пойдёшь завтра? – мне нужно срочно переключить разговор в безопасное русло.

– Мааам, – укоризненно тянет дочь, – завтра же ВОСКРЕСЕНЬЕ! Ты опять все перепутала.

– Ааа, ну да, – лезу в сумку за ключами и хватаю пальцем тяжёлую связку. – Точно, прости, я задумалась.

Дочь заходит в коридор, развязывает шапку и стягивает с себя сапоги. А я все никак не могу прийти в себя.