Значит, не принимаешь. Значит, не пережила, застряла где-то в некомфортном для тебя событии.

– И что?

– А то, что нет смысла кого-то обвинять, даже если этот кто-то неправ. Но ты можешь или встать и пойти дальше, не оглядываясь, или застрять в том самой обиде из прошлого, морально оставаясь на том же уровне.

– Не верю, что это говоришь ты.

– Почему?

– Ты никогда не заморачивался, жил как хотел. Твои интересы были выше интересов других. На все, что тебе не нравилось, реагировал безразлично или агрессивно. Тебе вообще все было пофигу. Ты… ты сейчас, и тот человек, которого я знала в прошлом… – обрываю себя, вдруг понимая, что разговор принимает странный оборот, и стараюсь свести все в шутку, – ау, где он? – легкая улыбка должна скрасить неловкость, но не выходит.

"

"– Его больше нет, – я тяжело сглатываю, потому что не понимаю, на какой путь мы ступили только что. Это нечто странное и необъяснимое. Не уловить. Не почувствовать. Не увидеть. – Просто когда-то в моей жизни наступил период, когда я мог загнивать и разрушаться дальше, а мог встать и пойти вперёд, приняв обстоятельства. В тот момент я понял, что мои взгляды… они пустые.

Мои ценности… не стоят ничего. Вообще. Они ничего не значат. Ни для меня, ни для других. А я сам такая же пустышка, как и люди, которых я ценил. И разбивать голову в кровь дальше просто невозможно.

Адам говорит от души, сильно, глубоко, каждое слово из сердца. Но от его речи веет скорбью, болью и глубочайшей тоской.

– Почему ты развёлся?

Уверена, что абсолютно верно истолковываю его слова. Он говорит о своей жене. О том, что она почти сломала его, не оставила выбора, толкнула на путь разрушения. А он… он ничего не мог сделать?

– Да ничего экстраординарного.

Остаться не смог, – легкий поворот головы, и мужчина снова вглядывается в прохожих и потоки машин. – Не люблю, когда меня сравнивают. Не хочу быть никем. Зачем так жить, если это невыносимо?

– А мне показалось, это она развелась с тобой. Потому что… потому… ну то есть… тебе недостаточно одной женщины, и… мне подумалось… она просто не захотела мириться и делить тебя с другими.

Мужчина хмурится, долго молчит, но все же осуждающе возражает:

– Ты ошиблась, – ничего, мне не впервой. – Я жене за два года ни разу не изменил, хотя возможностей была уйма.

Зачем унижать свой выбор?

«А мне за два месяца не хранил верность. Я была никем», – никак не удаётся потушить жалость к себе. Неуместную, гнилую, но… Жизнь научила меня многому, ведь правда? Я же теперь сумею вовремя остановиться?

– Если ты ее любил, почему тогда ушёл? Не попробовал изменить что-то в ваших отношениях?

Он долго не отвечает, и я решаю, что ответа не последует. Все же существуют определённые грани дозволенного. И заходить за них не стоит.