И если любую информацию про Олю я ловил жадно, позволяя каждому осколку впиваться мне прямо в душу, то жизнь Игоря в другом городе меня вообще не интересовала. Но про неё я всё равно никогда не спрашивал, до последнего боялся услышать то, что оборвало бы последние нити между нами. Я видел Аню, растущую, счастливую и здоровую, и это вселяло меня веру, что и с Ольгой всё в порядке.

Я не спешил продолжать наш разговор, а Гаранин был занят тем, что наливал себе ещё одну порцию виски. Думалось, что на этом всё. С облегчением и одновременным сожалением думалось, мне как заправскому наркоману было мало. Имел ли я хоть какое-нибудь право на её жизнь? Даже вот в таких информационных обрывках? У неё же мальчишка «НЕ мой» есть, ухажёр есть, самодостаточность есть… Зачем ей я? Если она от меня тогда отвернулась, когда я ещё человеком был, тогда зачем ей бывший зэк и инвалид на чувства? Нет прав у меня на неё абсолютно никаких, значит и на вопросы права тоже нет.

Но Игорю всё мало, и он предпринимает последнюю попытку вывести меня на эмоции.

-А у пацана твоя фамилия, - словно между делом замечает он, а сам с прищуром ждёт, что я сделаю или скажу, ловя своим цепким взглядом моё каждое микродвижение.

-У неё моя фамилия, - внешне абсолютно спокойно парирую я, а самого внутри буквально рвёт от ярости. – Вполне вероятно, что я могу быть и в отцы записан, мы же не в разводе.

-И тебе всё равно?

-Разве это что-то меняет?

-Ты настолько уверен, что он не твой?

-Оля сказала, что нет. А она бы ни за что на свете не соврала об этом, - едва дрогнувшим голосом ставлю я точку в нашем ночном разговоре.

Я сдамся через несколкьо месяцев и уеду, найдя миллион оправданий зачем. Но не одно из них в полной мере не сможет переплюнуть в своей правдивости слова Лёшки о том, что деньги – это не главное.

Глава 34

Глава 34.

Серёжа говорил долго, местами эмоционально, а местами безлико и отрешённо. В конце его рассказа я сидела, вжавшись в угол дивана и вцепившись в свои колени, сама того не понимая. Грудную клетку болезненно сдавливало от противоречивых чувств. Я даже не знала, за что больше цепляться, за его сложное и неоднозначное отношение ко мне, за Яну, за манипуляции Игоря… Последнее неожиданно задевало сильнее всего, выходило, что все мои достижения - фикция? И от этого было обидно.

Погрузилась в себя и не сразу заметила, как Сергей прервал свой рассказ. Смотрел на меня с беспокойством и выраженной заботой, видно было, что переживает. Протянул свою руку, желая коснуться моей коленки в ободряющем жесте, но не рискнул, одёрнув её обратно и сжав в кулак.

-Зачем, ты мне это всё рассказываешь? – практически ровно выговорила я.

-Чтобы ты понимала, какой я.

-И какой же ты? – вздёрнула голову, бросая вызов ему.

Серёжка жмёт плечами.