Как уж до них дошла информация о нашем успехе – я не знаю, наверное, кто-то проговорился. Но мы, конечно, и сами хотели найти покупателя.

В это время из угла комнаты донеслись стон и громкий хриплый кашель.

Лола обернулась на эти звуки и увидела Нинель Аркадьевну, о которой совершенно забыла. Старуха приподнялась в кресле и оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, где она находится. Наконец это ей удалось, и она начала наливаться краской, явно собираясь обрушить на Лолу потоки гнева.

Лола вспомнила, что лучшая оборона – это нападение, и нанесла упреждающий удар:

– Ну что, мадам, протрезвели? Головка небось болит? Вот что значит пить не закусывая! Нет, уважаемая, алкоголизм в вашем возрасте – ужасная болезнь!

– О чем это ты? – Нинель Аркадьевна затряслась от возмущения.

– А вот о чем! – Лола сунула ей под нос стакан из-под коньяка. – Мы с господином Арбузовым видели, как лихо вы выпили этот коньячок! В вашем-то возрасте! И вообще, шляться по ночам по чужим комнатам – это дурной тон!

– Да как ты смеешь! – взвилась старуха. – Да я тебя!..

– И вообще, паричок-то наденьте, а то головку простудите!

Только тут Нинель Аркадьевна осознала, что сидит перед посторонними людьми без парика. Она покраснела, потом побледнела, потом позеленела и издала какой-то звук, отдаленно напоминающий жалкий писк мыши, придавленной кошачьей лапой.

– Напьются и буянят! – кипятилась Лола. – Это же уму непостижимо, до чего дошло в наше время пожилое поколение! Ничего святого для них нет, ничего святого! Завтра же поставлю вопрос перед администрацией санатория! Вопиющее нарушение режима!"

"Старуха напялила парик задом наперед, с трудом встала на ноги и, пошатываясь, направилась к двери. Арбузов по мере сил постарался ее поддержать, но старуха возмущенно отмахнулась и скрылась у себя в номере.

– Ну зачем же вы так сурово, – сказал Арбузов, – она же случайно коньяк выпила… Теперь расстроится, еще плохо станет… все-таки пожилой человек…

– Вот не надо к людям ночью вламываться! – мстительно сказала Лола. – Вот не надо людям гадости говорить! И вообще, она меня сразу возненавидела из-за Каргопольского.

Тут, очень кстати, из своей двери пружинным чертиком выскочил Каргопольский.

– Олечка! – закричал он. – Меня осенило вдохновение! Я всю ночь писал! Пьеса готова, хотите, я вам прочитаю?

– О Господи! – простонала Лола, но в коридор вышел охранник Саша или Паша, Лола их путала. Он поглядел сердито и молча показал кулак. Арбузов тут же втянул Лолу в комнату.

* * *

– Надеюсь, больше нам никто не помешает, – проговорила Лола, когда дверь номера закрылась за ними. – Я с нетерпением жду продолжения вашего рассказа!

– Продолжение? Ну что ж… как я уже сказал, за нашим изобретением началась настоящая охота.