Запомнить это мгновение.

Лучше бы он этого не делал!

Валенсия лежала под ним, вытянувшись в струну и плотно сжав кулачки. А ее широко распахнутые глаза равнодушно смотрели в потолок.

Это подействовало на дарга, как ушат ледяной воды. Оцепенев, он несколько бесконечно долгих мгновений вглядывался в застывшее лицо супруги, в надежде отыскать в нем хоть намек на эмоции. Но Валенсия будто превратилась в оледеневшую статую.

И тогда он понял ее тонкую месть. По-женски жестокую. О да, она позволила ему прикоснуться к себе. Она не сопротивлялась, не стала отказывать. Наоборот, сама предложила…

Но при этом осталась безучастной к его ласкам. Холодной и безразличной.

Это было худшим наказанием, какое он только мог представить.

Лучше бы она его ударила. Лучше бы закатила истерику с криками и рыданиями! Тогда он бы смог утешить ее. Но это леденящее равнодушие в ее глазах резануло по сердцу, как острый нож.

Обманутый и униженный, Роннар скрипнул зубами. Медленно отодвинулся, освобождая девушку от веса своего тела, и встал.

- Что ж, - процедил надтреснутым голосом, сдерживая сердечную боль, - я не привык насиловать девственниц. Простите, моя дорогая жена, но нашу брачную ночь снова придется перенести.

Обнаженный, прекрасно сложенный, он казался воплощением женских желаний. Но Валенсия так и не глянула на него. Даже не моргнула, пока он собирал разбросанные по полу вещи и тщательно одевался.

Только когда Роннар вышел, и его резкие шаги затихли где-то в глубине подземных коридоров, девушка шумно выдохнула. А потом уткнулась лицом в подушку. Из глаз хлынули слезы, которые она с таким трудом сдерживала все это время.

Скрутившись в калачик, Ленси давила рыдания. Она и не думала, что будет так тяжело притворяться равнодушной рядом с мужчиной, которого все еще любишь несмотря ни на что…

***

После этой ночи что-то изменилось в их отношениях. Они оба будто стали новыми личностями, абсолютно чужими друг другу.

Роннар смотрел на свою альхайру и не узнавал. Он боялся ее окончательно потерять. От одной только мысли об этом его сердце истекало кровью.

- Я не знаю, как быть, - не выдержав, признался он Фаэрну. – Не знаю, как вернуть ее доверие.

Оба дарга сидели на скалистом уступе перед входом в пещеру. В вечернем небе горел и переливался багровыми всполохами закат. А на фоне этого заката резвилась парочка анкров с темными фигурками всадников на спине.

Ленси и Дин.

Эти двое были безумно рады снова увидеть друг друга. Больше того, между ними явно что-то происходило. Роннар испытывал почти физическую боль, наблюдая за ними. За тем, как его альхайра улыбается его сыну. Как о чем-то шепчется с ним. Как они вместе смеются над чем-то, что известно лишь им двоим. И как вместе поднимают в воздух Принцессу и Змея.